ГОРЫНЫЧЪ

краеведческий сборник

     Вафеев Р.(Санкт-Петербург)

 

Восточная сказка зодчего Теца.

 

Среди архитектурных памятников старого Уральска особо выделяется здание  бывшего Русско-киргизского училища, ныне занимаемое Областным краеведческим музеем. Его нарядный, восточного стиля фасад  известен каждому уральцу. Как это не странно, но за этой известностью стоит почти полная неизвестность истории его  строительства. На официальном сайте по туризму Казахстана «Visitkazakhstan» рекламирующем туристические достопримечательности страны, об этом здании в частности сообщается:  «Особняком выделяется здание (построенное на средства казахского населения) бывшей русско-казахской ремесленной школы (сейчас в нем расположен областной историко-краеведческий музей). Этот архитектурный памятник относится к мавританскому стилю». Фасады здания действительно решены в мавританском стиле, хотя, стоит отметить,  что построено оно было вовсе  не на средства казахского населения.  Как правило, здания столь оригинальной архитектуры есть плод авторской работы, но имя автора неизвестно. К  сожалению, ныне даже ни один из сотрудников того же краеведческого музея,  не сможет вам назвать имя архитектора, построившего это оригинальное здание. Современные уральские архивы такой информацией не располагают. И все же не столь давно мне удалось найти документы, позволившие установить имя зодчего  и детальные обстоятельства постройки  известного памятника архитектуры и истории Уральска. Думаю, что читателям, неравнодушным к истории своего города наш очерк будет интересен.

 В коллекциях уральских филокартистов сохранился целый ряд дореволюционных открыток с видами этого здания.   В недавно переизданном музеем «Старый Уральск» фотоальбоме «Лицо старого Уральска» под редакцией Г.Мухина о Русско-киргизской или Ремесленной школе отмечено, что оно «Построено в 80-х годах XIX века. В нем располагалась русско-киргизская школа ремесленных учеников со школой грамоты. Почетным смотрителем русско-киргизской школы являлся Ф.И.Макаров». Особой популярностью у краеведов пользуется открытка с изображением  на фоне этого здания одного из первых автомобилей в Уральске.

Попытка найти хотя бы какие-то сведения об обстоятельствах строительства этого здания  в номерах  дореволюционных газет не увенчалась успехом. И все же мне повезло. Сведения, и причем уникальные, сохранились в Российском Государственном историческом архиве в Санкт-Петербурге. Здесь собрана обширная переписка различных ведомств по строительству Русско-киргизской школы в Уральске.

Как известно, в 1869 году в качестве государственного эксперимента в Российской империи были учреждены четыре области из киргизских степей Оренбургского и Сибирского ведомств, земель Уральских и Сибирских казачьих войск. Одной из них стала вновь созданная Уральская область. В ее состав, помимо самоуправляемой земли Уральского казачьего войска вошли значительные зауральные территории, населенные казахами. Уральск стал  административным, культурным и экономическим центром огромной территории, части которой ныне вошли в пять областей Казахстана и Российской Федерации.  Цели  административного объединения Уральского войска со степью были далеко идущими. Проводя  реформу правительство надеялось поднять экономику края, улучшить управление им, стабилизировать межнациональные отношения, а также развивать культуру и просвещение в значительно отсталом уголке империи.  6 марта 1869 г. на торжествах по поводу открытия Уральской области Оренбургский генерал губернатор Крыжановский отмечал, что «он совершенно убежден, что уральцы поймут и оценят Волю Государя Императора, чтобы через учреждение новой области, положить основание для слияния под одною администрацией  киргиз с уральцами, не нарушая прав последних на пользование их землею, ее угодьями и проч., что это слияние поведет за собою тесную связь между собою и послужит к упрочению их близости….».

Последующие десятилетия, вплоть до 1917 гг.  показали в целом положительные  результаты создания Уральской области. Межнациональные отношения укреплялись,  край богател и развивался, становясь все более  привлекательным для переселенцев из других регионов.

В первые годы, после создания области остро встала  необходимость обучения и подготовки молодых специалистов из казахского населения. Уже в 1870-х годах Министерством Просвещения из государственной казны были выделены денежные средства на образование казахов в области (до 8 тыс. рублей в год). Предполагалось открытие казахских школ в Уральске, Калмыковском и Гурьевском уездах. Однако, в связи со случившимися волнениями и беспорядками в степи  эти средства несколько лет подряд не удавалось освоить, в  связи с чем они  были возвращены обратно в казну.  Тем не менее, в Уральске к 1872 году уже была открыта первая русско-казахская школа, но ее малая вместимость не устраивала

Уральск. Войсковой архитектор Иван Андреевич Тец

Войсковой архитектор Иван Андреевич Тец

 местную администрацию. Во всеподданнейшем отчете Военный губернатор Уральской области Н.А.Веревкин  сообщал: «Только при устройстве особого здания  можно ожидать значительного прилива киргизских учеников, иначе их не будет превышать 20-25 мальчиков и многим придется отказать в приеме». Пока уральский губернатор пытался решить вопрос со зданием, в кругах департаментов народного образования развернулась дискуссия о том, какой же должна быть казахская школа. Выдать свои рекомендации и предложения по данному вопросу в 1872 году было поручено специалистам Казанского учебного округа. Однако, в Казани долго не могли определиться, какого же типа школы будут оптимальны для обучения казахов: как у русских – городские школы   1,2,3, и 4 классов  или же сельские школы с ограниченным объемом познаний. Так же было не ясно  «должно ли  киргизских мальчиков обучать  с русскими или  отдельно».  Чиновники размышляли: «если допустить для киргизов учреждение  много-классных школ, то в г. Уральске полезно  было бы устроить  4-х классную или 3-х классную школу, с тем, чтобы ученики из этой школы, если  пожелают, могли прямо поступать в киргизскую учительскую семинарию». Труднопреодолимым препятствием в деле образования казахов оставался традиционный кочевой образ жизни. Попечитель Казанского учебного округа  Шестаков в своем донесении Министру Народного просвещения от 31 декабря 1876 года предлагал вполне разумный вариант: «для образования массы кочующего народа, по моему мнению, единственное средство – открытие степных походных школ, тогда продолжение обучения  в городских школах легко может быть сокращено». Между тем, пока чиновники от образования вели  рассуждения, Всеподданнейший отчет Военного губернатора Уральской области от 1871 года с просьбой о выделении средств на строительство полноценного учебного учреждения для казахов в Уральске лег на стол императора Александра II. Ранее Комитет Министров из-за недостаточной проработки вопроса отклонил просьбу губернатора о строительстве казахской школы в Уральске. Реакция императора последовала незамедлительно: «В означенном отчете, по объяснению о том, что на преставлении об устройстве в Уральске здания для киргизской школы не последовало еще разрешение – последовал Собственноручный  Его Императорского Величества вопрос: «Почему?». По Высочайшему повелению всеподданнейший отчет  Военного губернатора Уральской области за 1871 год вновь был внесен на рассмотрение  в Комитет Министров.

К 1875 году, необходимость строительства в Уральске казахской школы, уже не обсуждалась, государство было готово выделить средства. Теперь необходимо было разработать проект и сметы.  Было решено построить школу интернатного типа, в которой

ученики пользовались бы полным казенным содержанием.

Несмотря на административную автономность, в части образования Уральская область тогда подчинялась Оренбургу, откуда и велось финансирование. Ответственность за разработку проекта школы была возложена на попечителя Оренбургского уездного округа, который перепоручил эту работу архитектору учебного округа барону Корфу.   В 1872 году проект школы, стоимостью в 7 тыс. рублей  был представлен для рассмотрения в Петербург для утверждения Технико-строительным комитетом Министерства внутренних дел.  Комитет признал разработанный проект не удобным  и рекомендовал его переделать и улучшить. Для доработки проект был перенаправлен из Оренбурга в Уральск, к войсковому архитектору   И.А Тецу. Как явствует из переписки «Измененный проект, войсковой архитектор исчислил в 33 тыс. руб.  и от дальнейшей работы по вычислению подробной сметы отказался вследствие многосложности служебных обязанностей своих». Проект вновь вернулся в Оренбург, где снова был доработан и утвержден. В этом варианте школа уже была рассчитана на обучение 50-ти  человек, а сметная стоимость строительства составила 49 633 рублей 60 копеек. Сумма, вопреки ожиданиям, оказалась высокой. Вместе с тем, чиновники считали: «как не дорогою  представляется предполагаемая постройка училищного здания для киргиз в г. Уральске, но важное значение  Уральской киргизской школы вполне оправдывает этот расход. Население киргизских степей, смежных с областью Уральских казаков, не имеет еще ни одной школы…», вместе с тем, уже существующая «двухклассная школа  в Уральске  забита  детьми даже из  отдаленных местностей».

Дело явно затягивалось.  Попечитель Оренбургского учебного округа П.Лавровский пытался всеми возможными способами уменьшить стоимость строительства. Однако, строительство в Уральске было дорогим, по причине отсутствия здесь собственных строительных материалов.  Лес, известь, камень и металл приходилось доставлять из Оренбурга или Самары. Тем не менее, П.Лавровский все таки объявил торги на строительство школы, определив стоимость заказа в 35-40 тыс. рублей против проектной в 49 633  рублей. Объявленные в Оренбурге торги не состоялись, по причине неявки подрядчиков, оренбургские купцы не желали брать невыгодный строительный подряд.  Позже, Лавровскому удалось все же сторговаться с неким  купцом – подрядчиком Хохловым на 45 тыс. рублей, но и он был вскоре признан ненадежным.   Осознав, что серьезно уменьшить сметную стоимость проекта не удастся, Лавровский 30 ноября 1877 года сообщает в письме Министру Народного просвещения графу Толстому:

 «Ввиду такого неблагоприятного оборота  дела и той неотложной нужды  в скорейшей постройке здания, какая вызывается неудовлетворительностью наемного помещения Киргизской Уральской школы, я поручил Архитектору Округа  придумать  другой какой либо  способ дешевой постройки необходимого здания, помимо подряда с   торгов. На это архитектор, барон Корф донес мне, что предположенную постройку можно  произвести хозяйственным способом, при чем, он выразил согласие взять эту постройку на себя  на коммерческом  праве, но не менее как за сумму сорок тыс. руб с тем, чтобы ему дозволено было  бут под зданием заменить хорошо выжженным кирпичом, так как в Уральске не имеется бутового камня вовсе и с тем, чтобы постройку этого здания ему разрешено было произвести не скорее, как в течение двух лет со дня начала работ. Вследствие этого и не видя никакого другого способа произвести постройку предположенного и неотложно нужного для Уральской киргизской школы здания, я нахожу возможным и выгодным осуществить предположение архитектора барона Корфа, и потому в дополнении  к представленному от 14 го декабря 1876 г. за №3011 имею честь  почтеннейшее ходатайствовать  пред Вашим Сиятельством  об ассигновании в распоряжение мое  на двухлетний сметный период сорока тысяч рублей в пользу технического надзора, с тем, что постройка здания для Уральской киргизской школы будет произведена Окружным архитектором бароном Корфом на коммерческом праве за сумму не свыше 40 тыс. рублей, согласно утвержденной смете и предложенным условием и с тем, что наблюдение за постройкой этого здания будет поручено мною особой строительной комиссии, которую я предположил составить из Директора Уральской войсковой гимназии и трех представителей его и  местного областного техника, технический же надзор по исполнению  плана будет возложен на одного из техников оренбургского губернского строительного отделения по назначению последнего.

О последующем  благовольте Ваше Сиятельство почтить меня своим уведомлением.

При сем прилагаются следующие документы: план и сметы на постройку  здания и отношение Оренбургской казенной палаты о несостоявшихся торгах».

В ответ на ходатайство Лавровского граф Толстой, не желая увеличивать стоимость строительства, предложил вновь объявить торги на отдачу подряда. Вторые торги, прошедшие в Оренбурге 12 мая 1878 года «за неявкою лиц, желающих торговаться» также окончились ни чем. Возникла тупиковая ситуация, выход из которой  пришел из Уральска. Военный губернатор Уральской области князь Г.С.Голицын предложил устроить торги непосредственно в Уральске, в Областном правлении. Князь  пообещал «оказать свое содействие  к устройству  здания для киргизской школы в г.Уральске и к привлечению на торги подрядчиков».

27 ноября 1878 года в Уральске состоялись торги, которые были признаны состоявшимися. Кто же участвовал в этих торгах? 27 ноября в здание Уральского областного правления, располагавшегося тогда на углу Хвалынской улицы и Столыпинского бульвара явились три претендента: член торгового дома  братьев Ванюшиных купец Алексей Ефимович  Ванюшин, крестьянин Осип Морозов и купец Фирс Иванович Макаров. На торгах Алексей Ванюшин предложил наиболее  низкую цену «а именно 47 254 р., вместо  47 270 р. 16 коп. исчисленной по смете;  прочие же торговавшиеся лица  Макаров и Морозов от торгов отказались до времени, назначенного для переторжки». 1 декабря состоялся второй день торгов – переторжка. На этот раз Ванюшин  заявил «решительную цену 47 240 р., менее против  сметного назначения лишь на 30 р. 16 коп., а прочие лица от дальнейших уступок отказались., вследствие чего от купца Ванюшина, на основании 1868 ст. Х т.  1 ч. Св. зак. Гражд отобрана подписка в том, что за объявленную им на торгах цену 47 240 р. он берет на себя постройку здания для киргизской школы в г. Уральске согласно  предъявленными ему кондициями…». По тогдашним условиям выиграть подряд или, по-современному тендер,  предложив самую низкую цену, было еще недостаточно. Подрядчик должен был еще и гарантировать заказчику, что он выполнит подряд. Гарантией служил залог – личные средства подрядчика, которые им переводились на счет заказчика в качестве бессрочного вклада. Поэтому Ванюшин,  в залог по исполнению подряда предоставил еще и 6480 рублей своих средств, которые Уральским Областным правлением  были положены  в уральское отделение Государственного банка бессрочным вкладом. Итак, торги успешно прошли, о чем Попечитель Оренбургского учебного округа П.Лавровский информировал в своем письме министра. Одновременно Лавровский просил утвердить строительство школы в два строительных  года и просил дополнительно выделить еще 1200 рублей на наем десятника – особого должностного лица «С тем, что постройка здания  будет производиться  согласно утвержденной смете  и кондициям  с дополнениями и изменениями, сделанными и с тем, что наблюдением  за постройкою этого здания  будет поручена особой строительной комиссии, которою я предположил  составить из директора Уральской войсковой гимназии, трех преподавателей ея и местного архитектора, технический же надзор по исполнению плана будет  возложен на архитектора Оренбургского учебного округа». В своем письме  министру Лавровский с благодарностью отзывался об уральском губернаторе за оказанную помощь: «При этом не могу не  засвидетельствовать  пред Вашим сиятельством о заботе г. Военного губернатора князя Голицына  по устройству вышеизложенного дела и вообще по распространению народного образования в Уральской области среди киргизов, и поэтому, я покорнейше прошу  Ваше сиятельство не признаете ли Вы возможным выразить  князю Голицыну  признательность  Министерства народного просвещения».

В начале следующего 1879 года, император и правительствующий сенат окончательно утвердили передачу подряда на строительство школы купцу А.Ванюшину:

«Указ Его Императорского Вел.  27 февраля 1879 г.

Самодержца Всероссийского, Из Правительствующего сената,

Министру Народного просвещения

По Указу Его Имп. Вел. Правительствующий сенат слушали:

Рапорт министра Народного Просвещения, от 27 января 1879 г., за № 1102 в коем представлении об отдаче купцу Алексею Ванюшину постройки каменного двухэтажного со службами здания для   двухклассного инородческого училища в г. Уральске за объявленную им, Ванюшиным цену 47 240 р. приказали:  не встречая с своей стороны  препятствия  к отдаче купцу Алексею Ванюшину постройки каменного двухэтажного со службами здания двухклассного инородческого киргизского  начального училища в г. Уральске за объявленную им цену 47240 р., - Правительствующий Сенат Определяет: министра народного Просвещения уведомить о том в указе в разрешении рапорта «1102, с возвращением  предоставленных бумаг февраля 22 го дня 1879 года».

Таким образом, решение о строительстве в Уральске двухклассной казахской школы-училища принималось и утверждалось на высшем государственном уровне, всецело на государственные средства.  

Собственно на этом, история со строительством школы должна была завершиться. Купец Алексей Ванюшин, дорожа репутацией, уложившись в смету, качественно и в срок,  построил здание и передал его заказчику. Никаких иных документов по строительству здания в Петербург не поступало. Однако, в 1884 году Дело по строительству школы пополнилось весьма любопытными документами.

Военный губернатор Уральской области князь Григорий Сергеевич Голицын препроводил к Попечителю Оренбургского учебного округа П.Лавровскому докладную записку войскового архитектора Ивана Андреевича Теца,  в которой последний  «в виду  окончания постройки  и принятия в ведение учебного начальства здания для двухклассного  русско-киргизского начального училища в г. Уральске, ходатайствует о выдаче ему, Тецу, установленного 4% гонорара за наблюдение и производство работ по этой постройке». В сопроводительном письме Голицын пояснил, что по его мнению, ходатайство Теца имеет совершенно законное основание. Для того, чтобы понять, почему И.А.Тец ходатайствовал о выдаче ему гонорара, стоит более подробно осветить его роль в проектировании и строительстве здания «Русско-киргизского начального училища». Вернемся назад, в 1872 год,  когда начал разрабатываться проект училища.  Тогда, по указу попечителя оренбургского учебного округа тайного советника П.Лавровского

02.	Военный губернатор Уральской области и наказный атаман УКВ Г.С.Голицын

окружной  архитектор барон Корф разработал проект киргизского училища в Уральске. Барон Корф Эвальд Христофорович (род. 1852 г. умер после 1904 г.) по происхождению обрусевший немец, будучи архитектором Оренбургского учебного округа, имел достаточно обширную практику в Оренбурге и оренбургском крае. Он строил многие учебные заведения, ремонтировал казенные здания. Реализовать свой проект училища в Уральске Корфу помешали опустошительные пожары, спалившие Оренбург в 1879 году. Весною этого года по причине небывалой жары и сильного ветра случилось пять пожаров подряд, истребивших половину города.  В пользу погоревшего Оренбурга была объявлена всероссийская подписка. Император Александр II пожертвовал на самых неимущих 10 тысяч рублей, казна отпустила 150 тысяч, от частных жертвователей поступило 33 тысячи рублей. Сразу после пожара началось восстановление Оренбурга, в ходе которого были задействованы все архитектурные и строительные ресурсы города. Э.Х. Корфу пришлось руководить восстановлением сгоревшего здания учительского института. В связи с этим, по особому соглашению с Уральским Военным губернатором Голицыным, соответствующим распоряжением от 26 апреля 1879 г. было решено возложить обязанности по надзору за строительством Русско-киргизского училища в Уральске на войскового архитектора И.А.Теца. Как гласит документ «таким образом с этого времени до приема всех работ по этой постройке от подрядчика в ведение учебного начальства за исключением небольшого перерыва в 1881 году, производителем  работ по означенной постройке состоял архитектор Уральского  войскового Хозяйственного правления Тец».

Требование И.А.Тецем 4% гонорара за наблюдение и производство работ по строительству училища сверх уже утвержденной сметы вызвало у чиновников Оренбургского учебного округа недоумение. В ходе тщательного изучения действующих законов, ими было установлено, что  гонорар в размере «4% со сметной стоимости выдается только членам строительных отделений Губернских правлений, Тец же, по званию, войскового архитектора, на таковое вознаграждение права не имеет». Тот факт, что Тец, будучи войсковым архитектором, имея достаточно дел по своей основной должности, был вынужден в нагрузку заниматься еще и строительством училища, во внимание не принималось. «Точных законных оснований» для вознаграждения Теца гонораром в   Оренбургском учебном округе не видели, а посему  начальник округа  Лавровский  признал расход  на вознаграждение техника излишним.

Уральск. Русско-киргизская школа.

Русско-киргизская школа. Фото до 1891 г.

И все же уральский архитектор нашел защитника и покровителя в лице  военного губернатора Г.С. Голицына, который, явно сочувствуя зодчему, написал ходатайство в Оренбург. Именно благодаря этому документу у нас сегодня есть возможность понять истинную роль архитектора И.А.Теца в строительстве одного из красивейших зданий Уральска.

В своем ходатайстве Князь Г.С.Голицын нашел «крайне несправедливым оставить архитектора Теца без вознаграждения за его немаловажные труды по постройке этого здания, которые состояли в следующем:

А)  Так как составленная техническим Оренбургским строительным отделением и утвержденная в надлежащем порядке смета на сею постройку не соответствовала в отношении материалов и качества их местным условиям, то пришлось пересоставить смету в главных ее статьях, чтобы дать возможность  уральским подрядчикам  принять эту постройку.

Б) Пересоставление сметы вызвало необходимость и пересоставления проэкта, причем фасад здания этой школы выполнен войсковым архитектором Тец в мавританском стиле, что конечно, совершенно изменило первоначальный проэкт и через что, наружный вид значительно улучшен.

В) г.Тецем  составлены так же все чертежи, как детальные так и практические для выполнения работ в натуре, а равно и все шаблоны потребовавшиеся при выполнении работ.

Г) Надзор за постройкою школы, как главного руководителя работ, составляло особенно-важную часть  труда  его тем более, что в месте с этим он исполнял обязанности войскового архитектора и, кроме того, члена строительного комитета по той же постройке, причем  ему приходилось без помощника и иногда без казенного десятника, следить за всем ходом работ по этой постройке». 

Помимо вышеперечисленного, князь утверждал, что «под наблюдением г. Теца произведено сверхсметных работ  на сумму 7910 руб. отнесенных расходом  на счет особых средств о текущих  в распоряжении Строительного Комитета  военным губернатором Уральской области». 

Русско-киргизская школа. Фото до 1891 г.

Арка и ограда сада Русско-киргизской школы (на заднем плане Туркестанская площадь). Фото до 1891 г.

Доводы, приведенные князем Голицыным весьма убедительны. И все же поясним то, что осталось между строк и не сразу бросается в глаза не специалисту.   Оказывается, составленный Корфом проект был, говоря нынешней терминологией всего лишь эскизным, т.е. условным и предварительным. Соответственно условной оказалась и смета. По этой предварительной документации и были проведены торги, которые выиграл А.Ванюшин.  Когда дело дошло непосредственно до строительства, стало ясно, что строить-то по этой документации невозможно. Необходимо было срочно разработать полноценный подробный проект, учитывающий как местные условия так  степень квалификации местных строителей. Серьезному уточнению, а по сути полной переделке  подлежала и смета. Вот эта огромная работа неожиданно свалилась на голову И.А.Теца, причем помимо его основной должности. И все же Иван Андреевич эту работу выполнил, не смотря на загруженность, и на отсутствие серьезной помощи (других специалистов его уровня в Уральске просто не было). Разрабатывая проект фактически заново, Тец, видимо, сохранил общую концепцию плана здания, представленного в эскизах Корфа. Большие светлые помещения школы размещались по обе стороны освещенного коридора. Две красивые парадные лестницы, устроенные по краям  связывали этажи. В отличие от плана, фасады Корфа  не устроили Теца вовсе. Или же они были слишком просты, или же их не было  вовсе. Так или иначе, Иван Андреевич полностью переделал фасады, создав совершенно оригинальное здание, доселе еще не бывалое в Уральске. Сама основная функция здания – училище для казахских детей, вдохновила зодчего обратиться  к ориентальной (восточной) теме. Известно, что И.А.Тец был выпускником  петербургской Императорской академии художеств, прославленного заведения, готовившего лучших архитектурных специалистов страны. Работа в провинциальном удаленном от столиц городе, кончено не давала возможности зодчему проявить в полной мере свой талант. Вполне возможно, что новая постройка была воспринята Тецем как возможность реализоваться и по настоящему увлекла его. Восточный стиль – воплощенный зодчим на фасадах здания, это архитектурная фантазия, не апеллирующая к конкретным аналогам. В стрельчатых и подковообразных обрамлениях окон, стройных куполках-луковицах, граненых барабанах, богатой орнаментике и пластике фасадов чувствуются арабские,  турецкие и даже индийские мотивы. Столь богатая орнаментация потребовала от зодчего изготовления многочисленных шаблонов в натуральную величину. Безвестные уральские строители по этим шаблонам старательно отливали из гипса и извести многочисленные розетки, вытягивали сотни саженей прихотливо изгибающихся  профилей.

Уральск. Здание Русско-киргизской школы.

Здание Русско-киргизской школы. Современный вид.

К сожалению, здание Русско-киргизского училища дошло до нас далеко не в том виде, который был задуман и выстроен Тецем. Когда-то под его постройку уральские власти щедро выделили огромный кусок земли – целый квартал на углу Большой Садовой улицы и Туркестанской площади. Участок школы был обрамлен красивой кирпичной оградой в виде уменьшенной копии крепости с зубцами по верху стен. Такие же зубцы, (позже сбитые), возвышались над южным и северным порталами.  Особым украшением ограды были  затейливые арки-ворота и луковичные башенки-купола. За оградой, на территории училища учениками был разбит сад. Архитектор Тец создал целый ансамбль, в котором торжественное,  словно восточный дворец здание училища эффектно рисовалось на фоне обрамляющей зелени сада. Увы, ныне этот ансамбль утрачен: ограда, арки и сад уничтожены, само здание буквально  зажато между примитивного вида давящими постройками Дома Союзов и Телеграфа.

Отдав должное таланту Теца, вернемся вновь к архивным документам. Не смотря на признанное чиновниками отсутствие законных оснований в выдаче уральскому архитектору гонорара за строительство Киргизского училища, князю Голицыну все же удалось выбить вознаграждение. Его настойчивые ходатайства в Оренбург были, в конце концов, препровождены в Петербург, в Министерство народного просвещения:

«г. попечитель округа с своей стороны  нашел, что оставить г. архитектора г.Теца без всякого вознаграждения за его действительно немаловажные труды при постройке названного училища  в течении четырех строительных лет  было бы несправедливо и полагая бы по существу дела  возможность ходатайствовать войскового архитектора Теца  о вознаграждении его за труды  по надзору  и производству работ  по объясненной постройке признать заслуживающим удовлетворения если не вполне, то отчасти».

Изначально испрашиваемая Тецом сумма в 4% составляла 1600 рублей. Однако, изыскать такую, непредусмотренную статями расходов  в бюджете Народного просвещения сумму не представлялось возможным. Поэтому, оренбургские чиновники просили министра народного просвещения И.Делянова разрешить выдать Тецу «600 руб. из кредита на устройство и содержание  народных училищ». Министр, не беря на себя такую ответственность, подал прошение императору, на что и получил Высочайшее разрешение. Вот это прошение:

«К подлинному  г. Министра  Народного Просвещения написано

Высочайше разрешено. С. Петербург.

31 марта 1884 г. Статск. секретарь И.Делянов

О выдаче вознаграждения Уральскому войсковому архитектору Тецу.

Управляющий  оренбургским учебным округом  обратился в Министерство  Нар. Просв. с ходатайством о выдаче  вознаграждения Уральскому войск. Архит. Тецу, за труды его по постройке здания для двухклассного русско-киргизского  начального училища в г. Уральске.  Пред этим, статский советник Великанов  присовокупил, что хотя по действующим правилам 4%  со сметной стоимости построек вознаграждение за  наблюдением и производством работ  выдается лишь членам строительных отделений  Губернских правлений, Тец же по званию Войскового архитектора, на таковое вознаграждение права не имеет, но принимая однако во внимание четырехлетние безвозмездные труды его по постройке названного здания, не входящие при том, в круг прямых его обязанностей, выделение ему  сего вознаграждения было бы весьма  желательно.

Признавая со своей стороны известное ходатайство заслуживающие  уважение и полагая  возможность выдать  архитектору Тецу в вознаграждение за его труды, шестисот рублей из имеющихся в моем распоряжении кредита на устройство  и содержание  народных училищ, приемлю долгом  всеподданнейше испрашивать Высочайшего Вашего Императорского Величества соизволение на осуществление сего моего предположения.

Ст. секретарь И.Делянов».

Министр Делянов, подал прошение на Высочайшее имя 31 марта 1884 года, а 5 апреля уже телеграфировал в Оренбург:

«На основании Высочайшего повеления, последовавшего в 31 день марта текущего года из кредита по ст. 2 пар 11 Финансовой сметы Мин. нар. Просв. 1884 г. отпустить единовременно шестьсот рублей, для выдачи этих денег Уральскому Войсковому архитектору Тец в вознаграждении за труды его по постройке здания для двухклассного русско-киргизского начального училища в г. Уральске.

Департаменту народного просвещения сделать надлежащее распоряжение о переводе означенных денег из Главного казначейства на Оренбургскую казенную палату с отпуском оных из тамошнего Губернского казначейства  по распоряжению попечителя Оренбургского учебного округа

Министр Нар. Просвещения

Стат. Секретарь И. Делянов

Директор И.Брадке».

Таким образом, спустя 5 лет с начала строительства здания Киргизского училища, дело уральского зодчего счастливо завершилось. Государь император лично решил вопрос о награждении архитектора, что само по себе есть уникальный факт в истории Уральска.

Подведем некоторые итоги,  и еще раз озвучим факты. Итак, первая русско-казахская школа появилась в Уральске ранее 1872 года. Строительство здания Русско-киргизского училища началось в 1879 году и продолжалось в течение трех строительных сезонов, в 1884 году уже начались занятия.  Строительство финансировалось Министерством народного просвещения Российской империи. Непосредственно строительство велось силами подрядчика, известного уральского купца А.Е.Ванюшина.  Автором предварительного эскизного проекта здания был архитектор оренбургского учебного округа барон Э.Х.Корф. Настоящим же архитектором, разработавшим в деталях оригинальный проект училища в «мавританском стиле» и воплотившим его в жизнь, был  Иван Андреевич Тец.

Здание Киргизского училища, явилось первой постройкой Уральска, ознаменовавшей приход в архитектуру города романтического ориентального стиля, яркими примерами которого вскоре стали Арка Цесаревича, атаманская дача в Войсковом саду и железнодорожный вокзал.

На этом наш рассказ об истории строительства Русско-киргизского училища можно было бы завершить, если бы не некоторые весьма любопытные факты и гипотезы которым хотелось бы поделиться с читателями. 

Уральск. Доходный дом Ванюшиных на Казанской площади.

Доходный дом Ванюшиных на Казанской площади. Фрагмент фасада.

Первое предположение связано с другим известным архитектурным памятником Уральска – доходным домом братьев Ванюшиных на Казанской площади (ныне ул. Некрасова). Если сравнить фасады Русско-киргизского училища и этого богато декорированного здания, можно увидеть явное родство. Это не просто один стиль, это рука одного зодчего. Прямых доказательств того, что дом Ванюшиных был выстроен по проекту И.А.Теца у нас нет. Более того, о строительстве этого здания вообще отсутствует какая-либо информация. Молчат об этом и  старые газеты.  И все же известно, что дом Ванюшиных был выстроен приблизительно в те же годы, что и Русско-киргизское училище. Можно лишь предположить что один из братьев купеческого клана Ванюшиных – Алексей Ефимович, строивший по подряду Русско-киргизское училище, волею случая оказался в тесных взаимоотношениях с зодчим Тецем. Проект училища в «восточном стиле» купцу понравился и он предложил архитектору спроектировать в том же «манире» и свой доходный дом. Вот собственно и все. Добавим лишь, что имя Ванюшиных тесно связано историей Уральска.  В 1880 году братья Ванюшины спустили на Урал первый в истории пароход, названный в честь оренбургского генерал-губернатора «Крыжановский». На нем они возили в Уральск муку со своих мельниц в Илеке. В 1884 году А.Е.Ванюшин учредил и открыл в своем доходном доме Уральский коммерческий клуб. Вскоре купец умер.  В 1892 году вдова А.Е.Ванюшина Евдокия Ивановна сдала часть здания под помещение  Уральского  Областного правления. Более всех из клана Ванюшиных известен сын Алексея Ефимовича – Константин, благотворитель, филантроп, создатель «Уральского общества друзей леса», Пушкинского сада, один из активных инициаторов независимой общественной газеты «Уралец».

Уральск. Особняк архитектора И.А.Теца на углу Большой Садовой улицы и Иканской площади.

Особняк архитектора И.А.Теца на углу Большой Садовой улицы и Иканской площади.

 

Теперь обратим внимание на другое здание. Думаю, что каждый любопытный горожанин, обращал внимание на большую внешнюю схожесть фасадов Русско-киргизского училища и небольшого одноэтажного частного особняка на углу улицы Большой Садовой (ныне пр.Достык) и Иканской площади (ныне пл. Датулы). Особняк этот при реконструкции квартала в 1970-х гг. был сохранен и включен в комплекс нового выставочного зала.  Отметим, что это чуть ли не единственный удачный в Уральске пример сохранения старого здания  в новом современном окружении. Здание любопытно не только своей архитектурой, но и расположением. Оно находится несколько в глубине от красной линии центральной улицы, что, в свою очередь, и спасло здание от разрушения. По-видимому, такое размещение здания было не случайно, когда-то перед домом находился сад. Если внимательно присмотреться, то в центре западного фасада виден выступ, это остаток эркера или балкона выходившего в этот сад. Расположение и облик здания явно говорит о незаурядности бывшего владельца. 

Известный уральский краевед Ю.И.Асманов, в своей замечательной книге «Записки старого газетчика», изданной музеем «Старый Уральск» в 2005 году поместил фотографию этого здания с пояснением, что это дом Иосифа Лукьянович Аничхина, нанимателя строительной артели храма Христа Спасителя:  «крупный сырозаводчик, Иосиф (Осип) Лукьянович Аничхин был одним из главных нанимателей строителей. Эта артель построила дом и для самого Осипа Лукьяновича. Построен он по индивидуальному проекту в мавританском стиле. Особняк этот – у выставочного зала – сейчас радует горожан своим нарядным видом». Позволю себе усомниться в верности этого предположения. Поводом для этого послужили две заметки, найденные в дореволюционных газетах Уральска. Первая заметка опубликована в №78 газеты «Уралец» за 1900 год: «На Большой Садовой ул. строиться двухэтажный дом: низ каменный, верх деревянный кажется г. Л.О.Аничхина. Нас удивляет, что ни чины полиции, ни строительное  городское око до сих пор не обратят внимание на крайне жиденькие подмостки у дома, а главным образом на всход и спуск, для чего положено всего лишь  по одной доске. Не мешало бы  экономного хозяина побудить устройству  надлежащих лесов в предупреждении несчастных случаев». Если газета не ошибается, то Л.О.Аничхин это Леонид Осипович (Иосифович), сын Иосифа Лукьяновича и племянник генерала Лонгина Лукьяновича Аничхина, построившего для себя в 1893 г. хорошо всем известный дом на углу Большой Михайловской и Атаманской улиц (ныне кинотеатр им.Гагарина). Скорее всего, Ю.И.Асманов имел ввиду строительство на Большой Садовой дома именно  Л.О. Аничхина. Строился он, по заметке «Уральца» в 1900 году. Никакой артели строителей храма Христа Спасителя  тогда в Уральске не было, как и не было ее и раньше. Фундамент храма, заложенный подрядчиком Фирсом Ивановичем Макаровым к 1891 году, уже 9 лет высился в виде поросшего бурьяном холма посреди пустыря Иканской площади. Строительство храма возобновилось лишь в 1902 году, по новому проекту архитектора Н.Чагина. Впрочем, Иосиф Аничхин, действительно был причастен к строительству храма Христа Спасителя, но не как наниматель артели, а как предприниматель,  взявший в 1903 году с напарниками М.Сладковым и Л.Шапошниковым в аренду храмовый кирпичный завод.  Где был дом Иосиф Аничхина - неизвестно, скорее всего, в старой, обжитой и престижной части города. Что касается сохранившегося дома на углу Большой Садовой улицы и Иканской площади, то эта относительно скромная, одноэтажная постройка вряд ли могла принадлежать столь крупному сырозаводчику и предпринимателю.  

Еще больший интерес у меня вызвало объявление, помещенное в  №54 «Уральского листка» за 1894 год: «Сдается дом  на углу Большой Садовой улицы и Иканской площади бывший Тец». И сразу робкая догадка, переросла в уверенность. Чудесный дом в восточном стиле, столь похожий на Киргизское училище, это собственный особняк зодчего Андрея Ивановича Теца, построенный по его же авторскому проекту. Не надо быть  специалистом, чтобы,  сравнив фасады этих зданий, увидеть одну руку мастера. Более того, архитектор использовал одни и те же формы и шаблоны, видимо оставшиеся от строительства училища.

Войсковой архитектор Иван Андреевич Тец скоропостижно скончался весной 1889 года. Возможно, получив гонорар, за строительство Киргизского училища  в 1884 году, зодчий решил, наконец, построить собственный дом на едва начинавшей осваиваться городской окраине – Иканской площади. Ранее, Тец с семьей вынужден был снимать квартиру, о чем говорит трогательное объявление в №17 «Уральских Войсковых ведомостей» за 1883 г.: «11 апреля  пропала собака, кобелек  2-х лет, из породы пуделей, шерсти черная, курчавая с проседью на спине и белыми пятнами на груди; росту небольшого: с ошейником в виде стальной цепочки и медным замочком; кличка «Дружок» покорнейше просят доставить эту собаку в дом Кондрахина (где фотография Вершкова), войсковому архитектору Тец за что будет выдано вознаграждение 15 руб. сер. Если собака эта  оказалась на каком либо из форпостов или хуторов то доставившему ее с благодарностью будут возвращены помимо вышеозначенного вознаграждения и путевые издержки по доставке ее в Уральск». Неизвестно, нашелся ли любимец семьи архитектора пудель «Дружок», но стоит отметить, что упомянутый хозяин дома это войсковой архитектор эпохи атаманства А.Д.Столыпина – В.М.Кондрахин, трудившийся на этом посту с 1846 по 1868 год. Н.Савичев упоминает, что Кондрахин, родом уралец, и получил  образование в архитектурном училище в Петербурге. Скорее всего, он же и выбрал Теца в преемники, пригласив молодого специалиста из Петербурга в Уральск. Получается, что в 1883 году, в год завершения строительства Русско-киргизской школы Тец еще жил в доме своего коллеги и предшественника.

Уральск.

Фрагменты декоративного убранства фасадов особняка И.А.Теца  и Русско-киргизской школы.

Судя по датам, Тец строил свой дом на Большой Садовой где-то между 1884 и 1889 годами. Место это тогда было далеко не престижным – почти городская окраина. По видимому, войсковое правление, в благодарность за многие труды на благо войска, выделило участок земли архитектору под строительство, пусть не престижное, но все же на центральной улице. Но выбор зодчим данного места для своего дома мог быть обусловлен иной причиной.  В последние годы жизни войсковой архитектор работал над проектом храма Христа Спасителя, который предполагалось не заложить, а окончить и освятить в 1891 году, к юбилею 300-летия служения Уральского казачьего войска Отечеству. Известно, что до своей смерти Тец успел разработать эскиз храма. По его плану и был заложен первоначальный фундамент храма. В Российском государственном историческом архиве сохранилась запись: «Одновременно с сим, местным архитектором Тец был составлен предварительный эскиз храма и план фундамента, по которому и сделана закладка Храма в 1889 г., а в 1891 г., во время празднования юбилея войска, было произведено в Высочайшем Его Императорским Величеством, тогда Наследником Цесаревичем, присутствии торжественное молебствие пред началом дальнейших работ». Зодчий не дожил всего несколько месяцев до закладки храма, который должен был стать итогом его жизни. Размноженный в войсковой типографии фасад храма Теца висел рядом с иконами во многих казачьих домах. К сожалению, до нас не дошло ни одного изображения.  В конечном счете, храм Христа Спасителя был построен по другому проекту, как выглядел храм Теца, нам не известно. Но есть несомненные заслуги зодчего определившие характерные особенности этой самой красивой постройки Уральска. Тец, будучи войсковым архитектором, определил или предложил войсковым чиновникам место строительства будущего храма. Зодчим -градостроителям  свойственно предугадывать день грядущий, ведь он рождается в их воображении и проектах. Также и Иван Андреевич, вглядываясь в далекое будущее, видел Уральск наших дней, его новый городской центр. Не потому ли архитектор предложил интересное решение, поднять храм на искусственную платформу, тем самым, придав постройке  особую  монументальность и торжественность. Можно предположить, что Тец, планируя в предстоящие годы лично руководить постройкой храма, решил для удобства и дом свой выстроить рядом. Впрочем, могло быть все и наоборот, дом был построен раньше, а в воображении архитектора, ежедневно вглядывавшегося  в пустоту огромной обширного пыльного пустыря, зрела идея украсить его чем-нибудь величественным. Так или иначе, ныне, спустя более века, из окон дома зодчего открывается вся панорама центральной площади города, главным украшением которой является гордый красавец золотой храм.

Время, а более всего драматические изломы истории Уральска стали причиной забвения  зодчего Ивана Андреевича Теца. Утеряно место его погребения на Спасо-Преображенском кладбище.  Погиб в годы гражданской войны  войсковой архив, вместе утрачены авторские чертежи и проекты зданий дореволюционного Уральска. И все же плоды вдохновенного и созидательного  труда имеют свойство жить долго. И ныне радующие взгляд горожан творения уральского зодчего яркий тому пример.

 

"Информбиржа News", Уральск, №№36, 39-41. 2012.

   

---вернуться к оглавлению---