ГОРЫНЫЧЪ

краеведческий сборник

В.Овчинников

                                       "На положении затравленного волка..."

   В Госархиве РФ хранится уголовное дело моего дяди - Овчинникова Владимира Александровича. Он был арестован в 1932 году, когда приехал в Москву из Фрунзе (где работал топографом на Чуйстрое). Жене и матери сказали: “без права переписки” (т.е.- расстрел).

Овчинников Владимир Александрович и его жена Зоя.

В. Овчинников с женой Зоей, 1926 год

    Следственное дело - на целую группу, преимущественно из казаков-уральцев, 25 человек. Листок выдачи чист - в читальный зал выдано первый раз. Потом спрашивал уральских краеведов - о деле 25-ти никто не знал. Выходит, кроме расстрелов и сроков, была ещё и высшая мера - почти 80-летнее молчание!..
   “Обвинительное заключение.
Осенью пр. года в Особый отдел ОГПУ МВО стали поступать сведения о том, что в Кунцевском р-не и в Москве концентрируются группы бывших белых офицеров из армии Толстова, бывших торговцев, промышленников и т.д., прибывших из Уральска.
   Проработкой этих сведений было выявлено, что действительно ряд видных в прошлом белогвардейцев, ряд крупных промышленников и торговцев, сыновья лишенцев, в связи с ущемлением их в г. Уральске, начиная с прошлого года, стали постепенно переезжать из Уральска в Москву и, осев в Москве и подмосковных р-нах, скрыв своё прошлое, начали просачиваться в советские учреждения, а более молодые из них, окончившие шофёрские курсы, стали водителями машин.
   Переезд их из Уральска носил плановый характер. Вначале выехала небольшая группа молодёжи, которые, устроившись здесь на жительство, получив работу, немедленно сообщали об этом в Уральск, оттуда постепенно и группами, и в одиночку начали приезжать другие, по приезде коих ранее прибывшие устраивали на квартирах и помогали получить работу.
   Таким образом, к концу прошлого года в Москве и, особенно, в Кунцевском районе сконцентрировалось до 60 человек бывших белых офицеров и бывших людей-уральцев, которые в прошлом были тесно связаны друг с другом.
   Проживая в Москве и в ряде подмосковных селений, этой старой взаимной связи они между собой не прерывали и, очень часто собираясь на своих квартирах, делились сведениями, получаемыми из Уральска, информациями о вновь прибывших, обсуждая своё положение, а общая их враждебность по отношению к Соввласти вызывала во время этих бесед резкие к-р выступления в отношении всех мероприятий Соввласти, гибели коей они с нетерпением ждали.
   Установлено, что на происходивших неоднократных “сборищах” пелись гвардейские песни, рассказывалось, кто из членов правительства на какой даче живёт, причём наиболее озлобленные из них высказывались за совершение террористических актов над отдельными членами правительства и руководителями коммунистической партии…”
По делу были арестованы:
1. Борсин Александр Васильевич, 26 лет, ур. Уральска, холост, б/п, образование 3 класса городского училища, сын торговца, сам торговал, скрывал своё прошлое, устроился на работу шофёром.
2. Болдырев Павел Давыдович, 1893 г.р., ур. п. Кожехарово ст. Бударино, крестьянин, сын казака - служителя культа, женат. б/п, окончил Уральское духовное училище, зав. хлебопекарней в белой армии Толстова, служил консультантом в госбанке.
3. Володько Александр Григорьевич, 1896 г.р., ур. Тифлиса, женат, б/п, из мещан, бывш. бел. ротмистр, лишенец, скрыв своё прошлое, устроился на службу бухгалтером в Аптекоуправление.

Володько А.Г.

Володько А.Г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

4. Гладков Николай Васильевич, 24 года, ур. Уральска, холост, б/п, окончил 7-милетку, сын торговца, сам бывш. торговец, лишенец, скрывал своё прошлое, устроился шофёром.
5. Лабутин Сергей Алексеевич, 22 года, ур. Уральска, холост, б/п, отец бывш. бакалейный торговец, имел фруктовый сад 800 деревьев, лишенец, скрыл своё прошлое, пролез в комсомол, устроился шофёром.
6. Марков Василий Артемьевич, 1903 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, сын торговца, бывш. торговец, скрывший своё прошлое, шофёр Москомтранса.

Марков В.А.

Марков В.А.

7. Лоскутов Павел Платонович, 1898 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, окончил кадетский корпус в Оренбурге, сын б. белого полковника, бывш. бел. есаул, до революции семья имела 2-х этажный дом, 30 десятин пахотной земли, 9 лошадей, рогатого скота 12 голов, верблюдов 7, сельхоз. инвентарь, лишенец, скрывал свое прошлое, устроился слесарем в артели, отбывал наказание в концлагере.
8. Лабутин Михаил Алексеевич, 24 года, ур. Уральска, холост, б/п, сын крупного торговца, до революции помогал отцу в торговле дегтярными и щепными товарами, скрыл своё прошлое.
9. Лобиков Николай Леонтьевич, 1891 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, окончил Киевское военное училище, бывш. белый подъесаул и старший адъютант штаба армии Толстова, лишенец, служил в тресте Химруда.
10. Токарев Александр Гордеевич, 24 года, ур. Уральска, холост. б/п, отец расстрелян красными в 1919 г., т.к. был очень богатым торговцем, имел много скота и земли, лишенец, скрыл своё прошлое, из армии был вычищен за аморальное поведение.
11. Хвостов Константин Андреевич, 23 года, ур. Уральска, холост, б/п, сын владельца биллиардной и трактира, сам торговал, скрывал своё прошлое, устроился шофёром.
12. Филимонов Александр Михайлович, 1905 г.р., ур. Уральска, холост, б/п, образование среднее, бывш. торговец, лишенец, скрыл своё прошлое, устроился шофёром в 2-ой автобусный парк.
13. Овчинников Владимир Александрович, 1900 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, образование среднее, сын крупного помещика, расстрелянного в 1919 г., бывш. доброволец белой армии Толстова, б. крупный каратель, до ареста работал топографом на Чуйстрое в Киргизии.
14. Сладков Ливерий Фомич, 1900 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, сын торговца, лишенец, скрывал своё прошлое.
15. Климов Леонид Фёдорович, 1893 г.р., ур. Уральска. сын зажиточного казака, не женатый, б/п, окончил школу прапорщиков, бывш. бел. сотник армии Толстова, служил шофёром в Москомтрансе.
16. Симаков Иван Андреевич, 25 лет, ур. Уральска, холост, б/п, образование 4 класса городского училища, торговец, скрывал своё прошлое, устроился шофёром.
17. Климов Панфил Фёдорович, 26 лет, ур. Уральска, женат, б/п, образование 3 класса, торговец, лишенец, в 1928 г. был осуждён на 6 мес. за злостное повышение цен.

Климов П.Ф.

Климов П.Ф.

18. Котов Виктор Андреевич, 1900 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, образование незаконченное высшее, крупный мануфактурист и домовладелец Уральска, лишенец, скрывал своё прошлое, служил экономистом в Центросоюзе.
19. Климов Пётр Фёдорович, 22 года, ур. Уральска, холост, б/п, окончил 9-тилетку, сын крупного торговца, лишенец, скрыв своё прошлое, пролез в комсомол, откуда исключён.
20. Султанович Георгий Анатольевич, 1896 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, бывш. дворянин, бывш. белый поручик армии Пржевальского, в 1915 г. окончил Павловское военное училище, скрывал своё прошлое, безработный.
21. Смирнов Валентин Николаевич, 1898 г.р., ур. г. Вильно, женат, б/п, дворянин, бывш. белый подпоручик армии Толстова, Петлюры, Скоропадского, образование среднее, окончил Михайловское арт. училище, служил экономистом Союзмеханизации, сидел в концлагере.
22. Логашкин Александр Константинович, 1898 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, сын помещика, крупный торговец, образование среднее, скрывал своё прошлое, служил бухгалтером в Стромкооперации, в белой армии служил писарем.
23. Колесов Иван Тимофеевич, 1897 г.р., ур. г. Пугачёв, женат, б/п, окончил 2-хклассное училище, крупный торговец сеном, скрывал своё прошлое, шофёр.
24. Горшков Александр Георгиевич, 1889 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, образование незаконченное высшее, окончил Оренбургское военное училище., сын казачьего полковника, бывш. белый сотник, служил бухгалтером в Птицецентре, отбывал наказание в концлагере, судился за хулиганство, лишен избирправ.
25. Карев Александр Сергеевич, 1880 г.р., ур. Уральска, женат, б/п, крупный промышленник и мануфактурист, лишен избирательных прав, скрывал своё прошлое.
   В списке ещё два наших дальних родственника: А.Г. Горшков и И.Т. Колесов. У Александра Горшкова были сводные братья - легендарные на Урале казаки. Владимир - участник разгрома 25-й Чапаевской дивизии, начальник 6-ой Уральской конной дивизии; будучи отрезанным от основных сил армии Толстова, сдался с остатками дивизии в плен и был убит. Второй брат, Георгий - один из трёх первых подготовленных в России авиаторов, расстрелян ЧК. Дядя Ваня Колесов - родственник по материнской линии, работал шофёром, катал меня в детстве на “эмке”…
   Аресты прошли 16 января 1932 г., затем 16 февраля. У арестованных изъяты в основном письма и фотографии близких; только у А. Володько, судя по описи, целый арсенал террориста: револьвер “Браунинг”, винтовка “Винчестер”, патроны (потом в деле они почему-то не упоминаются). У Л. Климова “улика” - карманный альбом снимков вождей революции.
   Мотивы ареста: социально чуждое происхождение, антисоветские настроения, сокрытие статуса лишенца.
По Конституции РСФСР 1918 г. и 1925-1936 гг., “не избирают и не могут быть избранными”:
а) лица, прибегающие к наемному труду с целью извлечения прибыли;
б) лица, живущие на нетрудовой доход, как-то: проценты с капитала, доходы с предприятий, поступления с имущества и т.п.;
в) частные торговцы, торговые и коммерческие ;
г) духовные служители церквей и религиозных культов;
д) служащие и агенты бывшей полиции, особого корпуса жандармов и охранных отделений.
   Поражённые в правах не могли жить в больших городах, в армию их призывали в специальную часть, где не вооружали и не обмундировывали и т.д. Но самое существенное - проблема с трудоустройством.
   Уральский губисполком так отчитывался о своих успехах: “В 26-27 году в сельских местностях лишено избирательного права 13.737 человек, т.е. 3,9% общего количества избирателей, против 2.898, т.е. 0,8 %, в 25-26 году. В городах в 26-27 году лишено 1531 человек, или 5,8 % против 977 чел., или 3,98 % в 25-26 году... Очевидно, что громадное большинство нежелательных элементов, в 25-26 году свободно участвовавших в выборах, в 26-27 году было устранено”.
   Но мало было лишения прав - проводилась сплошная высылка лишенцев. И просто издёвкой звучат слова Сталина: “Никогда в мире еще не бывало таких действительно свободных, демократических выборов, никогда!..”
   Документ, который, по замыслу ОГПУ, стал сигналом к началу арестов, привожу полностью:
“Группа: Уральцев, Гладковы, Лабутины, Климовы, Хвостов, Марков - бывшие крупные торговцы. Бакалея, Сетеснасти, Мука и просто спекуляция - основной их промысел. В период НЭПа, когда ещё нужен был частный капитал, они расцвели и жили припеваючи, не думая о том, что им будет крышка. Так жили они до того момента, когда Советская Власть прищемила им хвост, но вместо того, чтобы идти с повинной головой и рассказывать о своих преступлениях, выразившихся в обдирательстве и надувательстве обывателей рабочих и служащих, они стали искать выхода из создавшегося положения.
   Выход был найден. Они выехали в Москву, где в большом городе они могли ещё скрытно продолжать свои коммерческие операции. Здесь их также постигла неудача, и они решили изменить свою физиономию торгаша на рабочего. Таким образом, благодаря всяким махинациям при наличии у них красноармейской шинели, сумели пробиться на шофёрские курсы и таким образом стали “трудящимися”. Эта марка не помешала им проделывать прежние операции с перевозкой частных грузов на государственных машинах и таким образом подрабатывать. Всё это, изложенное мною, я слышал от б. их товарища, имевшего плантацию (огород), Нефёдова Фёдора, который теперь живёт в Ленинграде. Адреса не знаю.
   Политическая сущность операции с шинелью говорила за их полное враждебное отношение к Сов. Власти, ибо под видом демобилизованного красноармейца они воспользовались тем, что пролезли в ряды трудящихся, оставаясь в душе явными вредителями Стройки. Махинация с перевозкой грузов говорит за то, что они нисколько не понимали сущности выдвигаемых Сов. Властью и Партией вопросов о минимальном расходовании топлива, сущности режима экономии и, нисколько не помогая делу Стройки, явно выражали свой враждебный взгляд на существующий Строй.
   Момент выезда из Уральска характерен тем, что в данное время Уральск - город нацменьшинства - Казахстан, где ряд забитых, закабалённых казаков (б. киргиз) (в связи с политикой расказачивания и “коренизации”, начиная примерно с 1921 года всех киргизов стали именовать казаками, а казаков растворили в общем понятии “русские”; в 1925 году Киргизскую АССР даже переименовали в Казакскую АССР - В.О.), стремясь к культуре от кочевого образа жизни, переходил к осёдлости и заполняли таким образом Уральск, овладевая техникой управления производства. Раньше казаки представляли тёмную массу, которую можно было надуть этой комбинацией, а теперь они (казаки), став у руля государства, уже перестали поддаваться надувательским комбинациям этих торгашей, и поэтому они решили двинуться в Москву.
   В отношении их взгляда на Дальневосточные события я ничего сказать не могу, так как я с ними не разговаривал. Виделся с Марковым два раза и заходил к нему, чтобы встретиться с Болдыревым, обещавшим мне службу, а с Лабутиным тоже раза 2, чтобы увидеться с Крутилиным для переговоров о жилплощади.
22/II - 32 года. Подпись.

   В Уральске началась ссылка лишенцев, и они решили удрать, полагая, что они этим себя избавят от таковой, находясь в Москве”.
   Дата “сигнала” - 22 февраля (неделей после последних арестов!). Почти каллиграфический почерк с завитушками. В графе “Ф.И.О” - “К… Василий Петрович”.
   В начале документа - “Группа: Уральцев…”! Водивший пером посчитал, что есть некто по фамилии “Уральцев”. Писал явно под диктовку. Исправлять ляп не стали (не заметили?).
   Копии снимать с доносов нельзя, но я решил всё же таковую заказать. Изъяли! Трогательная забота ФСБ о своих законспирированных кадрах (которые, кстати, уравнены в статусе с ветеранами ВОВ).
   Фактическим же основанием для арестов стали сведения из допросов по другим уголовным делам (показания арестованных копировать можно). Вот выписка из параллельного дела, от 8 мая 1931 г. - показания Байкаловой А.О.:
   “Лоскутов Павел Платонович, б/б офицер-артиллерист, контррев. настроен, лишенец, что скрывает, очень осторожно свои взгляды высказывает в виде острых шпилек. В белой армии служил вместе и под начальством полковника Мартынова. Со слов его жены, Лоскутов хочет из Москвы скрыться. Лоскутов служил вместе с б/б офицером Володько А.Г., с которым в близких отношениях”.
   “Лобиков, б/б Уральской армии, со слов Ерёмина известно, что Лобиков в белой армии играл большую роль и был правой рукой б/б генерала Моторного”.
   “Марков, как лишенец, из Уральска скрылся, приехал в Москву, скрыл прошлое и через какого-то “хозяина” устроился куда-то в гараж и, с его слов, он развозит от типографий газеты”.
   Все трое - Лоскутов, Лобиков и Марков - офицеры Белой армии. После показаний Байкаловой их арестуют.
   В другой выписке - показания Калмыкова Ф.И.:
   “Контррев. группировка состояла: я, Калмыков Фёд. Ив, б. исполняющий должность военного прокурора Уральской белой армии, Ерёмин Тимофей Ануфриевич - б. командир сотни б. уральского казачества, казак, Жаворонков Влад. Всевол. - б. нотариус г. Уральска, служил в б. уральской армии, член Военно-Окружного суда, Логашкины Ал-др и Конст. Константиновичи - сыновья крупного уральского помещика-казака, жили в период гражд. войны на территории б. Уральской армии, Лоскутов - б/б, Володько - б/б офицер-казак”.
   Ещё двое, Логашкин Александр и Лоскутов - в список 25-ти.
   Допрашивали, как правило, по одному разу, Овчинникова - дважды.
   “Протокол допроса 17/I-32 г.
Овчинникова Владимира Александровича, год рождения 1900, родился в г. Уральске в семье казака - очень крупного торговца, окончил реальное училище в 1917 г. в г. Уральске, геодезический техникум в Самаре в 1928 г., два курса Самарского Государственного университета на физмате, в 1930 г. окончил курсы по топографии. До 1917 г. отец мой имел следующую собственность: 6000 шт. овец, это не точно, возможно, больше, лошадей больше 100 шт., рогатого скота голов 600 шт., 2 или 3 тысячи десятин земли пахотной, дом в Уральске, сад фруктовый 5 гектаров площадью, хутор, мельница, 2 паровых молотилки, косилки, механические фургоны и т.д. В февральскую революцию я находился в гор. Киеве, учился вольнослушателем в Меха-ническом отделении Киевского Политехнического института. Участия в Февральской революции я не принимал. В 1918 г. я добровольно поступил в Белую Уральскую Казачью армию в штаб фронта вестовым, пробыл там 2 недели, после чего уехал в гор.Уральск, откуда через месяц вступил в карательный отряд есаула Горшкова Владимира Георгиевича, являющегося моим родственником. Отряд имел человек 28 - 35 преимущественно богатых казаков. Задачи этого отряда были следующими: подлавливание языков, заходы в тыл мелких красных частей, били из-за угла, грабили. Помню случай, когда наш отряд провокационными мерами привлекал отдельных красноармейцев к мельнице, в которой мы сидели (хутор кулаков возле посёлка Паника), попавшие красноармейцы нами убивались. Месяца через полтора наш отряд уехал в Уральск домой. В Уральске я отдыхал дома. Отряд же распался. До того как отряд распался, в нём были, я, мой брат Николай Николаевич Овчинников, Селезнёв - имя и отчество не помню, казак Чукалин, Ковалёв Иван и др. Фамилии их я в данное время не вспоминаю. Прожив в гор. Уральске недели две, я поехал на ст. Шипово, где поступил в такой же отряд под командой есаула Хохлачёва, но отряд состоял исключительно почти из одних офицеров. С этим отрядом я поехал в пос. Сломихино под командой полковника Бородина Ник. Николаевича (убит), которому подчинялся и наш отряд. За время службы в этом отряде я участвовал во взятии мельницы около стан. Александров-Гай, в которой оборонялся отряд красноармейцев, красноармейцам была обещана жизнь, если они сдадутся, но после того как они сдались, их поголовно всех расстреляли. После этого я уехал снова в гор. Уральск, отдохнул там (поскольку я был молодой и при том сыном богатых людей, я ездил, куда только мне хотелось), и в начале 1919 г. меня призвали в Белую армию в сотню 20-й постановки (призыв 20-х). Из этой сотни я через Горшкова перевёлся во вновь сформированный им полк такого же характера, как предыдущий его отряд. В этот период красные два раза на короткие сроки занимали г. Уральск, причем во время второго захвата красными был расстрелян мой отец, Овчинников Александр Петрович. Во время службы в полку Горшкова в посёлке Янайкин или Скворкин я, Овчинников В.А., совместно с шестью человека-ми казаков был послан сотником (братом) Горшкова произвести расстрел нескольких человек, 4-5, пленных красно-армейцев, что мы и произвели, расстреляв их почти вплотную двумя-тремя залпами., расстреляли мы их на берегу реки так, чтобы они после того, как будут поражены, падали прямо в реку. Помню, что один очень молодой парень перед тем, как мы начали расстреливать, истерически кричал. После того, как мы их расстреляли, кто-то из нас подошёл к тем расстрелянным, которые упали в воду, и для страховки добил их. В боях с красными я активно участвовал, о чём говорят 4 моих ранения.
   В начале 1920 я, отступая с остатками разбитой армии Толстова, был взят в плен в г.Форт-Александровске, после чего перевезён в Астрахань, в рабочий батальон приволжской флотилии, проработал там до конца 1920 г. после чего откомандировали в Губпродком как знающего киргизский язык в гор. Самару, там был командирован в Самарский геодезический техникум. В течение 1921 года выдержал испытания на специальный курс и окончил его в 1922 году, одновременно учась в Университете на физмате, где в 1923 году прослушал 2 курса. В 1923 году приехал в Уральск, где жила мать и три младших брата. Съездил в степь, купил лошадь и поступил с подводчиком к землемеру. В 1924 году поступил землемером-практикантом в Уральский ОКРЗУ и служил там до 1931 года февраля. Занимал разные должности вплоть до зав. технической частью партии и триангулятора. В 1930 году был лишён избир. прав, а в 1931 г. был уволен из ОКРЗУ как лишенец, хотя подавал заявление сам об увольнении из ОКРЗУ. В 1931 г. в феврале месяце я приехал в Москву, поступил работать в Новлубтрест.
С моих слов верно и мною прочитано. В. Овчинников
Допросил Уполн. 2 Отд. ОО ОГПУ МВО Курдов”.
   На втором допросе Владимир показывает:
   “В дополнение к ранее данным мною показаниям сообщаю, что мне известны проживающие с 1929 г. в Москве и дер. Давыдково Кунцевского р-на уроженцы гор. Уральска, враждебно настроенные к существующему государственному строю, на почве ненависти к которому поддерживающие тесную моральную и материальную связь. Эти уральцы, такие, как и я сам, состоят исключительно из бывших, т.е. из бывших белых офицеров и казаков, б. торговцев-лишенцев и проч. и их семей и винят Советскую власть и партию, в частности, руководство со Сталиным во главе, в том, что оно привело Россию к полному обнищанию, что особенно отразилось в бывших казачьих областях, как, напр., быв. Уральской области, некогда одной из богатейших областей России, теперь почти что голодает, и для казачества там созданы такие невыносимые условия, что оно принуждено бежать оттуда, скрипя зубами и неся скрытую ненависть к Соввласти и её стальному сталинскому руководству.
   Наиболее твёрдо стоящие на этой точке зрения следующие уральцы: бывш. бел. офицер КЛИМОВ Леонид Фёдорович, лишенец, что скрывает, сын бывшего торговца, проживает в дер. Давыдково. КЛИМОВ Л.Ф., когда зашёл вопрос о событиях на Дальнем Востоке, говорил: “Японцы и другие иностранцы разрешили быв. белым казакам, находящимся за границей, создать своё казачье государство и всячески этому помогают, а у нас, наоборот, приходится бежать с своей земли и скрываться, чтобы иметь хотя бы какую-нибудь возможность просуществовать, тяжело жить на положении затравленного волка”.
   Из протоколов допросов арестованных видно - никто из них особо не скрывал своих настроений, они давали характеристики своих товарищей, ничего не замалчивая.
   Процитирую опять обвинительное заключение, сокращая лишь число приводимых следствием примеров:
   “Произведенным следствием, показаниями ряда обвиняемых, было подтверждено, что все арестованные уральцы представляли собой тесно спаянную контрреволюционную группу бывших белогвардейцев и бывших людей, связанных между собой и своим прошлым и своей общей ненавистью к Советской власти, часто собиравшихся друг у друга.
   Эти моменты, как указано выше, были подтверждены показаниями ряда обвиняемых, из коих наиболее характерными являются:
   “Мы, уральцы, собравшиеся в Москве и в Кунцевском р-не, представляли собой крепко спаянную группу контрреволюционно настроенных лиц, жаждущих падения советской власти, в ожидании чего пытающихся скрыть своё прошлое и замаскироваться от зоркого ока власти путём устройства на различных должностях в советских учреждениях. Некоторые из нас даже пролезли в комсомол. Мы неспроста ненавидим Советскую власть, и неспроста мы создали в Москве колонию уральцев. Большинство из нас является бывшими белыми офицерами, бывш. белыми казаками, торговцами и почти что все мы так или иначе были ущемлены Соввластью” (показ. б. торгов. МАРКОВА).
   “Мы часто собирались у ЕРЁМИНА, особенно группой бывш. белых офицеров, в состав коей входили: ЛОСКУТОВ, СУЛТАНОВИЧ, ЛОБИКОВ, СМИРНОВ, СЛАВКО и я - ВОЛОДЬКО. Мы обсуждали внутреннее положение СССР и все без исключения критически относились к тем или иным мероприятиям власти. Все мы, выступавшие в своё время против власти, не могли примириться с мыслью, что с изменением режима мы лишались тех благ, которые мы имели раньше” (показ. б/б ротмистра ВОЛОДЬКО).
   “Все перечисленные мною лица были между собой связаны и прошлым, и настоящим, часто собирались друг у друга, у нас на квартирах и чаще всего у БОРСИНА. Всех этих лиц советскими людьми я назвать не мог” (показ. бывш. торговца КЛИМОВА П.).
   “Все мы, уральцы, проживавшие в деревне Давыдково и в Москве, люди, выброшенные Соввластью за борт, были настроены по отношению к ней враждебно. Все мы поддерживали между собой тесную связь, часто друг у друга собирались и на наших сборищах вели а/советские разговоры” (показ. б/б сотника КЛИМОВА Л.).
   “Собираясь на квартирах у КЛИМОВА, уральцы вели разговоры о том, что власть действует неправильно, производя ненужный нажим на торговцев, промышленников и других. Мы говорили, что в экономическом положении власть от этого слабеет и это вызывает недовольство” (показ. лишенца СЛАДКОВА).
   Далее следствием было установлено, что съезд уральцев в Москву являлся не случайным, а носил плановый организованный характер. Это обстоятельство подтверждают в своих показаниях многие обвиняемые, которые говорят:
   “После высылки отца мне некуда было деться, и я с 4-мя товарищами, такими же лишенцами, как и я, приехали в Москву и поступили на службу на шофёрские курсы. Когда об этом узнали в Уральске, оттуда началось паломничество бывших белых офицеров, торговцев, сыновей лишенцев и других, которым нельзя было оставаться в Уральске” (показ. ФИЛИМОНОВА).
   Касаясь причин, заставивших их съехаться в Москву, обвиняемые показывают:
   “Большинство из нас являются сыновьями крупных торговцев, бывш. белых офицеров, и почти все мы до 1929 г. занимались торговлей. После укрепления Советской власти в гор. Уральске власть крепко расправилась с нашими родителями, часть коих были расстреляны, часть высланы, и все мы раскулачены. Нас лишили избирательных прав, и когда в 1929 г. начался на нас особый нажим, перед каждым из нас встал вопрос, что делать. Заставить власть относиться к нам иначе мы не могли, поэтому нам надо было куда-нибудь бежать из Уральска, чтобы переждать “бесчинства” власти, а, может быть, и конца её дождаться” (показ. обв. МАРКОВА).
   “Причины, заставившие нас, уральцев, выехать из гор. Уральска, следующие: мероприятия власти против капиталистических элементов города и деревни, наиболее сильно задевшие среду бывших торговцев, почти что все из коей мы являлись выходцами, принудили нас бежать из гор. Уральска” (показ. СЛАДКОВА).
   Следствием установлено, что идеолог и фактический руководитель к-р группировки, бывш. бел. сотник КЛИМОВ Леонид, будучи наиболее озлобленным, неоднократно в беседах говорил о том, что он с удовольствием убил бы тов. Сталина.
   Обвиняемый ФИЛИМОНОВ обрисовал Леонида КЛИМОВА как идеолога этой группы; давая показания о его террористических настроениях, говорит:
   “КЛИМОВ Леонид пользовался среди уральцев большим авторитетом и слыл за старшего. К нему обращались за советом, справками и т.д. Среди компании он редко высказывал свои настроения, но когда оставался с одним-двумя своими близкими наедине, то он отводил свою душу. Осенью 31-го года я шёл с поезда вместе с ним. И когда мы переходили шоссе, мимо нас проехала машина, на которой сидел Сталин. КЛИМОВ мне сказал: “Знаешь, Саша, грузовичок бы сюда на шоссе, разогнать бы его, да встречным ходом влепить в машину Сталина, ну а то, что убился сам - это чепуха. Что стоит жизнь бывшего белого офицера при этой власти, но зато российскому люду стало бы легче” (показ. ФИЛИМОНОВА).
   И, наконец, сам КЛИМОВ Леонид после ряда вопросов показал: “Считая, что Соввласть неправильно поступает с бывшими белыми офицерами, торговцами и друг. собственниками, лишая их избирательных прав и не давая им возможности к нормальному существованию, видя, что с каждым днём ухудшается вопрос с питанием и предметами первой необходимости, я считал, что СССР находится в состоянии кризиса, к которому привело неправильное руководство во главе со Сталиным. Я ненавидел её вождя Сталина, считая его диктатором, поэтому, идя однажды с нашим уральцем ФИЛИМОНОВЫМ и увидя на Кунцевском шоссе проехавшую машину, в которой сидел Сталин, я действительно говорил ФИЛИМОНОВУ: “Вот проехал Сталин, и хорошо бы разогнать какую-нибудь машину, да влепить бы её в машину Сталина. Для облегчения русскому народу и себя не жалко”.
   И вот резюме:
   “Все они обвиняются в том, что, являясь выходцами из чуждой среды, будучи тесно связаны в своём прошлом друг с другом, начиная с прошлого года, они стали концентрироваться в гор. Москве и в подмосковном р-не, где, скрыв своё прошлое, просочились в советские учреждения. Проживая здесь, они представляли собой определённую тесно спаянную к-р группировку, устраивали собрания этой группировки, вели к-р разговоры, пели белогвардейские песни и резко высказывались против Советской власти. Эти преступления предусмотрены ст.58 п. №11 УК РСФСР.
Обвинительное заключение составлено 11 апреля 1932 г.
   Справка: Вещдоказательств по делу не имеется. Арестованные содержатся под стражей в Бутырском изоляторе”.
   Технология следствия видна из материалов дела. Загнав подследственного в угол показаниями, выжатыми у других, заставляли строчить подробные собственноручные показания. Затем, редактируя, кроили протоколы допросов, обильно уснащая их выражениями из стандартного набора политического компромата, выявляя и заостряя вражеское лицо арестованного.
   Подследственные говорили, что думали, правду о положении в стране, далёкую от газетной показухи. И слова их звучат действительно контрреволюционно. Нет, не так уж слепы и безропотны были уральцы.
   Из “человеческого материала”, действительно спаянного происхождением, близостью убеждений, работой и, наконец, просто дружбой, мастера ОГПУ сварганили “тесно спаянную контрреволюционную группу”.
   Следствие окончено, подследственные подлежат теперь суду, который не что иное, как бюрократический фарс, техническое оформление приговоров. Нет смысла анализировать качество следствия и судопроизводства. Чем оно хуже, тем лучше для дела советской власти, старавшейся всеми способами уничтожить социально чуждые элементы. Непризнания арестантов уже ничего не значили. Не для того посадили, чтобы выпустить.
   Судтройка ОГПУ МО штампует предложенные следствием наказания:
- Болдырев, Лобиков, Хвостов, Филимонов, Симаков, Климов Пётр, Карев - 3 года ИТЛ;
- Гладков, Лабутин, Сладков, Султанович, Смирнов, Логашкин - 3 года ссылки (высылки);
- Борсин, Токарев, Котов, Колесов - 3 года заключения на Крайнем Севере;
- Володько, Марков, Лоскутов, Климов Панфил - 5 лет концлагеря;
- Климов Леонид, Овчинников, Горшков - расстрел.
   У Климова обвинение в намерении убить Сталина, у Овчинникова и Горшкова - активное участие в борьбе против красных. Приговор исполнен 26 мая 1932 г.
   С точки зрения сталинской власти казаки, конечно, были настоящими преступниками - ибо сопротивлялись ей, как могли, мыслью и словом.
   В конце пухлого тома - справки о реабилитации Овчинникова и Горшкова (от 15 апреля 1999 года), с пометками: “Родственникам справки не вручены ввиду отсутствия сведений о месте их нахождения”. Другие осуждённые реабилитированы ещё в 1957-м - в связи с отсутствием состава преступления.

                                                                                      * * *
   В двух словах, что было дальше с вдовой Владимира, Зоей, и пятилетним сыном Серёжей. У казаков нередко овдовевшую женщину брал в жёны холостой брат её мужа. У Владимира были три младших брата. Один из них, Александр, в 28-м году закончил в Москве автошколу и, избегая ареста за своё происхождение, уехал подальше - в Туркестан. Вдова с сыном прибывает к Александру в Душанбе, и они регистрируют брак. Но вскоре и Александра - “по подозрению в содействии анархистско-троцкистской группе, а кроме того за попытку сжечь совершенно секретные документы по учёту артиллерийского вооружения дивизии” - в 37-м приговаривают к 10 годам ИТЛ. А в феврале 38-го на свет появляюсь я, унаследовав имя расстрелянного дяди...

                                                                   "Станица", №54, 2010. ( http://www.gipanis.ru/?level=108&type=page )

ссылка на статью  (  http://www.gipanis.ru/?level=1356&type=page&lid=1336  )

 

 

---вернуться к оглавлению---