ГОРЫНЫЧЪ

краеведческий сборник

В. Кутищев

Мальчик был.

"А был ли мальчик?" под таким заголовком газета "Уральская неделя" в 2006 году вынесла приговор памятнику Мише Гаврилову, объявив о его грядущем сносе. В числе многих причин была озвучена и эта:
"… до сих пор неизвестно, был ли на самом деле такой герой, или его придумали лишь из идеологических соображений".

    Середина 50-х. Минуло чуть более десяти лет со дня победы в самой кровопролитной войне ХХ века. Еще не убраны в альбомы фотографии тех единственных и самых любимых, которые с этой войны не вернулись. Еще часто можно видеть мужчин с пустыми рукавами и штанинами, а то и просто безногих. Это те, кому повезло, те, кому посчастливилось выстоять и вернуться. Еще ходят в школу мальчишки и девчонки сыновья и дочери тех, кто уже никогда не сможет обнять свою кровинушку-дочурку или взъерошить сыновьи мальчишечьи вихры.
    А память взрослых еще хранит воспоминания о другой войне, которая трещала выстрелами, ухала взрывами и стонала смертным стоном в наших местах. Гражданская, или, как еще ее называют, Братская война.
    Чапаев, Фрунзе, Фурманов. Эти фамилии на слуху и в памяти еще многих. Их именами называют поселки, улицы, колхозы и школьные пионерские дружины. Живы те, кто воевал под их началом, как живы и те, немногие оставшиеся, воевавшие против.
    Победители, еще не столь далеких двадцатых, время от времени делятся воспоминаниями, встречаются со школьниками, сидят в президиумах больших и малых собраний. Одним словом, способствуют военно-патриотическому воспитанию. Еще бы! Как не передавать боевой опыт в стране, которая либо участвует в каком-нибудь военном конфликте, либо готовится к нему.
    Конечно, стойкость, верность долгу, присяге и клятве - это те человеческие качества, которые ценны во все времена и достойны всяческого уважения и почета. Хочу отметить, что их потерей, случалось, были отмечены некоторые из победивших, а наличие этих качеств присутствовало у многих побежденных.
На то она и война! Героизм и трусость, подлость и самопожертвование - это лицо и изнанка любой войны.
Время потихонечку подчищает человеческую память, убирая в небытие какие-то мелкие эпизоды, оставляя только яркие, как правило, победные или траурные.
    Каждый человек - историк и хронограф своей жизни и жизни вокруг себя. А из историй каждого состоит история поселка, области, страны, а, по большому счету, всего человечества.
    Многовековая история нашего города писалась разными историками. Каждый из них имел свою точку зрения на происходившие события и, так называемый, социальный заказ, определяющий рамки и характер повествования. Последующие историки соглашались или не соглашались с предыдущими и приводили свои примеры, дабы отвергнуть или утвердить.
    Любое событие малое или большое имеет своих свидетелей. Это могут быть какие-то сооружения, вещи, документы или воспоминания очевидцев. Последние очень спорны в силу естественной забывчивости человека, его фантазии и, опять же, пресловутого социального заказа или веяния времени.
    Поэтому всегда и везде, зная о своей забывчивости, мы ставим вехи и вешки в своей истории, называя их памятниками. Ведь памятник - от слова память.
    Впрочем, иногда, а в отечественной истории довольно-таки часто, память становится помехой, и люди начинают искать основания, чтобы избавиться от нее, зовя на помощь новых историков. Те, сморщив ученые лобики, выдают вердикт - не было такого или такого-то. Далее подключается заинтересованная общественность. Она выступает на собраниях и в прессе отрицая, обличая или, в крайнем случае, указывая на вопиющую неэстетичность того или иного памятника. Социальный заказ сформулирован. Далее в дело вступают лопаты, ломы, кувалды. Иногда, а это тоже имело место в нашей отечественной истории, используется взрывчатка.
    "Отречемся от старого мира, сбросим прах его с наших ног"! Как страшны слова этого большевистского псалма и как живучи! Как удобно не обременять себя памятью!
    Где храмы, мечети, разобранные по досточке, по кирпичику, а то и, просто, обращенные в груды щебня? Где книги проклятые, запрещенные, а потом отправленные в огонь или сгнившие где-нибудь на свалке?
Где вы теперь бронзовые, каменные и гипсовые Романовы, Ленины, Сталины?
    Однако, вернемся к трудным, сиротским, послевоенным пятидесятым.
Победившие в Братской войне, зная свойство человека забывать и желать забыть о прошлом, делали все, чтобы этого не произошло. Чуть-чуть отдышавшись от братоубийственной гражданской войны начали возводить большие и малые памятники вождям, а позднее непосредственным участникам павшим и здравствующим. Помечая, таким образом, свои владения, новая власть полагала, что тем самым увековечивает себя и одновременно чтит память своих сподвижников. Время показало, что она заблуждалась. В 90-х годах ХХ века все, что казалось бы, вечным и незыблемым, рассыпалось в прах.
    В 50-х годах по городу и области начали развешиваться памятные мраморные доски, устанавливались памятники.
    Особенно изобилен памятниками был 1957 год, ведь это год 40-летия октябрьских событий в Петрограде или как тогда говорили Великой Октябрьской социалистической революции. Соответственно, подготовку к юбилею начали основательно и заблаговременно.
    В областном драматическом театре состоялась премьера спектакля по пьесе уральского автора В.Генке " 80 дней", рассказывающая о днях обороны красного Уральска в 1919 году. Несколько позднее, в 1960 году сюжет пьесы будет повторен автором в повести "Ровесники века", которая вышла в московском издательстве "Молодая гвардия" тиражом 90 тысяч экземпляров. Мало, кто из девчонок и мальчишек 60-70 годов не читал ее.
    В это же время вышла повесть Александра Дубовицкого "Родина помнит" также описывающая события того времени. Одним из героев этой повести был молодой красноармеец Миша Гаврилов.
    Спросите любого коренного уральца - Кто такой Миша Гаврилов? И каждый вкратце сможет пояснить, что Миша Гаврилов подростком участвовал в героической обороне Уральска от белоказачьих войск. Однажды он убил белого офицера и в планшетной сумке убитого обнаружил план наступления на Уральск. Миша доложил командованию, и планы врагов были сорваны, город остался советским. Правда, молодой герой не дожил до окончания осады и погиб в бою.
    Однако, не каждый, вспомнив об этом событии, может с уверенностью сказать, что все было именно так. Что подростка звали именно Миша Гаврилов, ведь есть полагающие, что это образ собирательный и, как бы, созданный из нескольких биографий юных красноармейцев. Не случайно, в шестидесятые годы, некоторые молодые люди, ёрничая, называли памятник ему "памятником офицерскому сапогу и дохлой лошади", ставя, тем самым, под сомнение само существование юного красноармейца.
    Сомнения умножает упомянутая повесть "Ровесники века", где нет ни слова о молодом красноармейце, хотя участники обороны описаны довольно подробно.
    Тем не менее, в преддверье 40-летия Октября школьники уральской СШ №1 выступают с инициативой об увековечивании памяти Гаврилова. Уже в марте 1957 года на 4-ом пленуме Уральского обкома комсомола прозвучало решение: "Мы должны в нашей области заложить памятник герою Мише Гаврилову".
    Школьники города, области, а затем и всего Казахстана включились в сбор средств на возведение монумента. Деньги, вырученные от сбора металлолома и макулатуры, от работы на стройках, на полях и фермах, направлялись на специальный счет Уральского горкома комсомола.
    3 октября 1957 года активные участники сбора средств на строительство памятника были награждены Почетными грамотами Уральского обкомом комсомола. Это учащиеся СШ №18, шестиклассники - Уракчеев Владимир, Тарабрин Анатолий, Калинин Семен, Вдовин Николай и Червяков Анатолий.
Наступил январь 1958 года. В городе проходила XIX городская комсомольская конференция. 5 января, в последний день ее работы, делегаты вместе с учащимися города заложили памятный камень на месте будущего монумента. На нем было начертано - Здесь будет сооружен памятник юному герою гражданской войны Мише Гаврилову.
 
Закладка памятного камня. Фото их газеты "Приуральская правда", №6, 1958 г.
    А через полгода, 24 августа на месте установленного в январе памятного камня был открыт памятник красноармейцу Мише. На митинге по случаю его открытия были юные и взрослые уральцы, ветераны памятной осады, а также делегаты от пионерских организаций Алма-Атинской, Актюбинской, Джамбульской и Усть-Каменогорской областей.
    Выступили секретарь уральского обкома комсомола Сейткалиева Н., от имени Мишиных однополчан - Багрянцев Н.Г., от пионеров Уральска - Олег Корнеев. От имени своих пионерских организаций выступили делегаты других областей Казахстана.
На пьедестале памятника было начертано:
 

    В конце митинга дети украсили пьедестал цветами.
    Авторами скульптурной композиции были супруги, молодые выпускники Львовского государственного института прикладного и декоративного искусства Анатолий и Елена Шилимовы. Хочу отметить, что скульпторы еще в 1956 году передали областному краеведческому музею небольшую работу, изображавшую Мишу Гаврилова. Хочется отметить, что творческим и семейным дуэтом тема гражданской войны не ограничилась образом юного красноармейца. Скульпторы были авторами памятников на братских могилах времен гражданской войны в поселках Урда и Чапаев, а также бюста Д.Фурманову в Уральске.
 
 
Скульпторы Анатолий и Елена Шилимовы за работой над портретами молодых целинников. Фото из газеты "Приуральская правда", №51,1956г.
    Общая сумма, собранная на постройку памятника составила 75 тыс. рублей. В октябре горком ЛКСМ Казахстана подвел итоги соревнования школ по пополнению строительной копилки. Первое место заняла СШ №18, второе - СШ №3, а третье - СШ №12.
    Дети построили памятник своему ровеснику. Искренне и откровенно восхищаясь способностью такого же парнишки, как и они сами, совершить поступок яркий и героический. Они поставили памятник своей мечте и вере, что торжествует только правда, что главная человеческая добродетель - верность долгу, а клятвопреступление - самый тяжкий грех.


    А теперь попытаемся ответить на вопрос "Уральской недели" - А был ли мальчик?
    Справедливости ради следует сказать, что примерно на тот же вопрос в 2006 году пытались ответить еще, как минимум, две уральские газеты.
    Газета "Казачьи ведомости" в прошлом году опубликовала несколько мнений о Мише Гаврилове и памятнике ему.
Старейшины уральской журналистики Асманов Ю.А. и Чесноков Н.Г. не смогли четко дать ответ о подлинности существования Миши Гаврилова. Первый, сославшись на воспоминания участницы гражданской войны Сидоровой О.Л., сообщил, что прообразом Гаврилова послужил подросток из отряда Чапаева - Вася Гвоздев, погибший во время боевых действий. А Чесноков Н.Г., наоборот, утверждал, что Миша - реально существовавший человек, но не погибший, а доживший до конца "гражданской" в наших местах.
    Уральский краевед, директор народного музея "Старый Уральскъ" Александр Зотович Курлапов припомнил, что в 1960 году к ним в 10-ю школу, в которой он учился, приходили ветераны обороны. Свои рассказы о том времени они подтвердили фотографией, на которой изображены похороны какого-то родственника или сподвижника Чапаева, погибшего в эти дни. На краю фото виднелся еще один гроб объявленный ветеранами, как гроб с телом Гаврилова.
    В областной библиотеке имеется небольшая книжица "Пять лет Уральской Губернской Организации Р.Л.К.С.М.". В ней перечислены имена комсомольцев погибших во время гражданской войны и борьбы за упрочение советской власти. В списке есть комсомолец Кулеша, погибший во время уральской обороны, а вот упоминаний о Гаврилове нет. Однако, комсомольцем Миша мог и не быть.
    Судьба Гаврилова более-менее проясняется после прочтения книги Амангалиева З. и Елагина А. "Оборона Уральска", вышедшей, сравнительно недавно, в 1991 году. Книга написана на документальных материалах. Авторы подробно описывают события 15-17 мая 1919 года и участие в них Гаврилова. В частности, они утверждают, что 15 мая молодые бойцы Степан Нефедов и Миша Гаврилов, находясь в ночном секрете вблизи поселка Новенький, застрелили белого офицера. Первым выстрелом Нефедова была убита офицерская лошадь, а вторым, который сделал Гаврилов, был убит сам офицер. При офицере была полевая сумка, которую бойцы, не зная ее содержимого, передали командиру полка Конкину Ф.И. Последний, обнаружив в сумке подробный секретный приказ о генеральном наступлении на Уральск, тут же сообщил о нем командованию дивизии.
 

Рука Миши тянется к заветной сумке.

    В результате удачного выстрела Гаврилова красное командование, подтянув подкрепления к Новенькому, сумело отбить наступление белоказаков. Там же приводятся воспоминания вышеупомянутого участника захвата офицерской сумки Нефедова С. о гибели Гаврилова. Он вспоминает о том, что Миша, будучи невысокого роста, не мог стрелять из окопа полного профиля и, поэтому, выскакивал из него на бруствер. "Раза два я стаскивал его на дно окопа"- вспоминал Нефедов. Когда рота пошла в контратаку Миша вырвался вперед и был убит.
    Далее в книге указывается, что Михаил Иванович Гаврилов посмертно был представлен к ордену Боевого Красного Знамени и похоронен на Братском кладбище Уральска, находящемся " с северо-восточной стороны храма Христа Спасителя".
    Сведения о представлении Гаврилова к награждению орденом также подтверждаются в книге Петровского Л.П. "Петр Петровский". Там со ссылкой на документы Центрального Государственного Архива Советской Армии указывается, что этот боец был внесен в наградной список командиром 194-го Малоузенского полка Конкиным и военполиткомом Инякиным к награждению высшей советской наградой того времени - орденом Красного Знамени.
    В Западно-Казахстанском областном архиве автору этих строк удалось обнаружить воспоминания еще одного участника этих событий красноармейца третьей роты 194 Малоузенского пехотного полка 22-ой дивизии Ершова В.Е., опубликованных в газете "Красный Урал" в 1924 году.
    Ершов вспоминает, что вечером 16 мая (а не 15-го, как указывают Амангалиев З. и Елагин А. - прим. автора) прямо на наблюдательный пост красноармейцев, выехал казак. Бойцы поняли, что он заблудился, направляясь из Чувашского поселка в Трекинский.
    Далее события описываются так. " Мишка первый вылетел из окопов и побежал к казаку навстречу с винтовкой в руках. Одет наш Мишка был в казачий кафтанчик, в шапке и казачьих шароварах с лампасами малинового цвета.
Казак спрашивает:
    -Какой поселок? (было очень хорошо слышно - всего в 10-15 шагах от нас).
    Мишка вместо ответа повернул было назад. Казак, видя, что ошибся, хотел было повернуть свою лошадь обратно…
Мишка в это время оправился, быстро взял винтовку наизготовку.
    Хлоп!- и лошадь тут же была тяжело ранена.
Казак бросился было бежать пешком, но в это время последовал второй выстрел, и казак был убит Мишкой наповал".
    После этого Гаврилов двинулся к своим окопам, но командир взвода Сапрыкин приказал ему и красноармейцам Ершову и Коврижкину вернуться к убитому, чтобы обследовать его карманы.
    В карманах казака была обнаружена записная книжка, из которой стало известно имя казака - Сахарнов И.И. Кроме нее были обнаружены несколько небольших конвертов.
    Уже в окопе красноармейцы прочли на одном из конвертов, что он секретный и должен быть вручен сотнику Курилову в поселке Трекинском.
    Ершов пишет, что содержание конверта запомнил на всю жизнь.
"Сегодня в ночь на 17 мая в 2 часа решено атаковать пос. Новенький; силою 700 пеших; 3 полка конных, 3 - 5 и 9 й; и 200 будут в засаде по правую сторону р. Чагана. Вам со своим отрядом приказываю преградить противнику дорогу в Уральск. В случае неудачи, открыть ураганный огонь по пос. Новенькому и ни в коем случае не отступать. (Противника по последним сведениям на Новеньком находится не более 400).
Полковник Шадрин.
Пос. Чувашский 16/V-19г."
    Прочитав письмо, красноармейцы передали его командиру батальона. Через некоторое время с его содержанием ознакомился командир дивизии Сапожков, находящийся в Уральске. По его приказу ближе к Новенькому (на 14 версту) выдвинулся бронепоезд с тяжелыми орудиями, неподалеку от поселка занял оборону батальон Нижнеуральского полка, а на холодильнике (район мясокомбината - В.К.) приведена в готовность патрульная рота.
Усилиями красноармейцев и огнем с бронепоезда начавшаяся атака казаков была отбита.
    По сведениям Ершова потери красных в этом бою были около 15 человек. Среди убитых был и Гаврилов.
Вроде бы, становится ясно, что Миша Гаврилов - реальный участник событий под Новеньким. Все оставшиеся сомнения окончательно развеялись, когда в руки автора этих строк попалась "Регистрационная книга записи смертей за 1919 год". Книга эта была заведена Уральским ГубЗаксом и имела №1.
    Запись под номером 61 гласила, что гражданин Гаврилов Михаил, красноармеец, пятнадцати лет, убит в бою под селом Новенькое 17 мая 1919 года. Сообщалось также, что запись сделана согласно заявления жительницы города Яицка (так назывался Уральск в то время) Параскевы Гавриловой. Это заявление Гаврилова подтверждала удостоверением о смерти от командира 194-го стрелкового полка № 1332 от 19 мая 1919 года. Кроме этого, здесь же указано место погребения погибшего - Братское кладбище.
 

Запись о гибели Миши Гаврилова.

    Таким образом, в спорах по поводу существования Миши Гаврилова можно поставить точку. Миша Гаврилов - это действительно тот юный красноармеец, который отличился во время обороны Уральска в годы гражданской войны.
    События Братской войны в нашей области еще долго будут волновать пытливые головы. Вряд ли мы сейчас сможем найти и расспросить живых участников или очевидцев тех гибельных огненных лет. А памятники имеют еще одно свойство. Они - незримое тихое напоминание о тех, кто по другую сторону окопов бился за свою правду, о тех, кто погиб от пули, голода, тифа или сгинул на чужбине, но так и не нарушил главной клятвы - присяги, которая дается только один раз.
    Прав ли был Миша, присягая красному знамени? Трудно дать однозначный ответ. Но я твердо уверен, как пионеры 50-х, верность слову и долгу - лучшее качество человеческой души !

 

        "Информбиржа news", Уральск, №1,2  2008.

---вернуться к оглавлению---