ГОРЫНЫЧЪ

краеведческий сборник

Масянов Воспоминания о Гражданской войне

"Горынычъ". Краеведческий сборник. Часть 3.  Уральск, 2009.

 

РГВА ф.110, опись 3, дело 1338.

 

ДОКЛАД КОМИССИИ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ПРОРЫВА ОТРЯДА ГЕНЕРАЛА ТОЛСТОВА

 

1. Обстановка к 20 мая 1920г.

Первые сведения о движении отряда генерала Толстова на юг, после взятия форта Александровского, относились к концу апреля месяца, причем имелось предположение, что Толстов имеет намерение пробраться в Персию погрузившись на суда в районе залива Киндерли, или же пойдет в Персию сухим путем.

В начале мая месяца агентурные сведения определенно указывали, что маленькая партия из состава отряда Толстова около 8 мая находилась у Тульдуль-Ата, каковые сведения подтвердились последующими событиями: 12, 15 и 18 мая в районе косы ограничивающей Кара-Бугазский залив с востока, средствами коменданта Красноводского укрепрайона были захвачены мелкие партии офицеров, отколовшихся от главной группы генерала Толстова.

Из опроса пленных выяснилось, что отряд генерала Толстова имеет приблизительную численность около 150 человек при 7 пулеметах и 200 верблюдов со значительным запасом продовольствия и фуража. 2 мая отряд находился у родника Арт-Каунды и того же числа выступил к роднику Думбай. Из показаний пленных также выяснилось, что Толстову известно о занятии Хивы советскими войсками и что он намерен двигаться в Персию, имея в виду перейти железную дорогу примерно в районе Кизил-Арвата, где она ближе всего подходит к персидской границе.

Пленные утверждали, что люди отряда Толстова истомлены длинными переходами, что в отряде есть недовольство по поводу длительной кочевки по степям и в части отряда есть стремление отколоться и уйти на Красноводск.

Дальнейшие агентурные сведения указывали на то, что 15 мая отряд Толстова находился в районе колодцев Дохлы, Кара-Ишан и направлялся к озеру Тапиатан, что в 60 верстах к северу от станции Казанджи.

Эти сведения были получены комбригом-1 через агента Кизил-Арватского особого отдела, были им переданы в штаб Красноводского укрепрайона, откуда достигли штарма-1 случайно, из разговора по прямому проводу. Донесение о том, что отряд Толстова 15 мая находился в районе Дохлы, Кара-Ишан были получены штабригом-1 20 мая к вечеру, и на основании их, комбриг заключил, что к 20 мая Толстов должен находится в районе озер Тапиатан, Тахлу, что и отметил в приказе по бригаде №90.

К 20 мая комбриг-1 в районе станций Казанджи, Кизил-Арват располагал следующими силами:

1. Казанджик. 8-я рота 1-го Туркестанского полка – 94 чел.с 2 пулеметами;

2. Кизил-Арват. Штабриг-1, 7-я рота 1-го Туркестанского полка – 124 человека и 9 рота – 95 человек. При них 4 пулемета. Сотня летучей почты – 33 всадника, из которых оказалось свободными 17 и легкий артдивизион – 273 человека при 7 орудиях и 145 лошадей. Комендантская команда штабрига-1 – 60 человек. Всего – 645 человек, 6 пулеметов, 33 всадника, 145 артиллерийских лошадей и 7 орудий.

Кроме того, в Кара-Кала находилась команда конных разведчиков, численностью 27 человек при 2 пулеметах и в Бухардеке команда пеших разведчиков 1-го Туркестанского полка в составе 87 человек.

 Сверх неоднократных указаний высших штабов о необходимости проверки агентурных сведений и захвате отряда Толстова, 21 мая в 15 часов 20 минут был отдан приказ по 1-й Туркестанской дивизии, коим комбригу-1 была поставлена задача: «Захватить отряд Толстова и переправить в штарм-1», причем в распоряжение комбрига предоставлено два эскадрона 1-го кавалерийского полка численностью около 200 сабель при 3 пулеметах, бронепоезд № 23, находящийся на станции Джебел и аэроплан, который вылетел из Полторацка в Кизил-Арват в 8 часов 21 мая.

Кроме того, штадивом-1 было предложено отправить в его распоряжение батальон 2-го Туркестанского полка с целью использовать его при захвате отряда Толстова. От присылки этого батальона комбриг-1 отказался.

Выводы:

1. К 20 мая комбриг-1 был осведомлен о месте нахождения отряда Толстова в районе озер Тапиатан, Тахлу и о направлении движения его к линии железной дороги.

2. В распоряжении комбрига имелось достаточное количество сил для захвата отряда.

3. Ближайшей задачей комбрига являлась проверка агентурных сведений войсковой разведкой, более точное выяснение направления движения отряда Толстова к линии железной дороги и в связи с этим, выяснение числа, расположения и направления горных проходов, ведущих к персидской границе к югу от железной дороги.

 

2. Действия Комбрига-1

 

20 мая в 22 часа комбригом-1 был отдан приказ командиру сотни летучей почты товарищу Матюшкину, который предписывал 21 мая произвести разведку по маршруту: Кизил-Арват, колодец Гяур, колодец Караван-Кую, станция Узун-су. Разъезд Матюшкина выступил по этому маршруту в полночь на 21 мая.

Начальникам гарнизонов Кизил-Арвата и Казанджика предписывалось усилить бдительность по охране гарнизонов, а последнему, кроме того, по обнаружении движения противника немедленно выслать взвод пехоты с пулеметами к горному проходу на перегон станций Казанджик-Узун-су.

Разъезд товарища Матюшкина возвратился на Узун-су 22 мая в 1 час ночи. Противник обнаружен не был, а также от местных жителей сведений о нем получено не было.

22 мая около 10 часов утра (по показанию комбрига-1) на станцию Казанджик прибывают два эскадрона 1-го кавполка под командой комполка товарища Баннова. По показаниям того же лица, эшелон 1-го кавполка задерживается в Кизил-Арвате до 20 часов, будучи занят получением продовольствия и фуража и только в 23 часа прибывает на станцию Казанджик.

23 мая с рассветом по распоряжению комбрига-1 товарищ Баннов посылает два разъезда: 1-й на север от Казанджика к озеру Тапиатан и обратно в Казанджик; 2-й с бронепоездом №23 на станцию Перевальная, откуда на север к руслу Узбой и далее на северо-восток по Узбою к колодцу Эсхан и далее на юг к Казанджику.

1-й разъезд вернулся 21 мая вечером, а 2-й 23 мая днем (впоследствии выяснилось, что 2-й разъезд занялся грабежом аула и по обнаружении преступления имел намерение уйти в Персию).

Разъезды противника не обнаружили и из опроса местных жителей новых сведений не получили. Того же 23 мая в 23 часа комбриг-1 получает донесение от товарища Баннова, что по показаниям туркмен отряд Толстова был у Капланлы (опросом Баннова выяснено, что сам он никаких туркмен, видевших Толстова у Капланлы не опрашивал, когда был Толстов у Капланлы точно не установил и сведения о том, что Толстов был у Капланлы получил из третьих рук).

Тем не менее, по докладу Баннова, комбриг-1 отдает ему по прямому проводу следующий приказ: «Слушайте приказ, считать официальным. Во исполнения возложенной задачи по поимки отряда генерала Толстова приказываю:

1. Сейчас же собрать кавалерию, погрузив в эшелоны и оставив в Казанджике 15 всадников, отправить самым быстрым ходом на станцию Искандер, откуда, по установлению точного направления отряда, атаковать;

2. По прибытию на станцию Искандер немедленно займите ущелье, что южнее станции Искандер и севернее горы Изет. Карта 20 верст в дм.;

3. Если отряд проследовал указанное в Ваших сведениях ущелье, то немедленно его догнать перерезав путь отступления и атаковать. При преследовании, соприкосновении и атаке приложить максимум свою инициативу. Сообщаю для сведения, что находящаяся на станции Искандер кавалерия до вашего прибытия произведет разведку. Сведения о результатах разведки получите от командира сотни летучей почты на станции Искандер. О времени прибытия Вашей кавалерии на станцию Искандер донесите. Держите непрерывную связь с штабригом. Комбриг Романов».

Во исполнении этого приказа товарищ Баннов с отрядом прибывает на станцию Искандер. На рассвете 24 мая он одним эскадроном занимает горные проходы к югу от станции, а с другим эскадроном направляется на разведку по маршруту: Искандер, Гяур, Капланлы, Шигак, Казанджик; эта разведка вернулась в ночь с 24 на 25 мая и выяснила, что противник был в Капланлы 22 мая и ушел по направлению Узун-су. Около 19 часов отряд Баннова сосредоточился на станции Узун-су, так как дежурный по станции, со слов туркмен из аула, расположенного севернее Узун-су, сообщил, что отряд Толстова перешел полотно железной дороги в трех верстах юго-восточнее станции Узун-су в ночь с 22 на 23 мая.

Сам Баннов следов перехода не исследовал, но комбриг-1 (по его показанию) был на месте и лично видел следы людей и верблюдов переходивших полотно железной дороги.

24 мая поздно вечером комбриг-1 отдает приказ о преследовании Толстова отрядом товарища Баннова, каковой и выступает для исполнения возложенной на него задачи 24 мая в 9 часов, потеряв больше 10 часов в ожидании обещанного комбригом-1 транспорта.

За это же время (с 20 по 25 мая) высылался на разведку аэроплан, который ничего обнаружить не мог, так как местность покрыта кустарником, имеет довольно много кибиток, скота и кочующих туркмен, среди которых отличить отряд не было возможности.

  Линия железной дороги между станциями Казанджик-Перевальная наблюдалась бронепоездом №23, который курсировал на этом перегоне.

Выводы:

1. Войсковой разведкой отряд Толстова обнаружен не был и время перехода им полотна железной дороги точно никем не установлено.

2. Имея сведения о том, что Толстов к 20 мая находится в районе озер Тапиатан, Тахлу, комбриг-1 ранним утром 21 мая отправляет разъезд в районы Кизил-Арват, Гяур, Карван-Кую, Узун-су вместо того, чтобы дать разъезду прямое направление к месту расположения противника.

3. По прибытии 1-го кавполка на станцию Кизил-Арват 22 мая утром, комбриг-1 не использовал его сейчас же для разведки, благодаря чему был потерян целый день.

4. 23 мая разведывательная деятельность комбрига-1 была направлена на север и запад от линии Казанджик-Тахлу, когда как район к востоку от этой линии оставлен совсем без наблюдения (разъезд Матюшкина окончил разведку в ночь на 22 мая).

5. Не смотря на то, что штабриг-1 находился в районе станции Кизил-Арват уже около двух месяцев, и что о движении Толстова в этом направлении стало известно вполне заблаговременно, никто в штабриге-1 не озаботился исследованием количества, направления и удобопроходимости горных проходов к югу от железной дороге (даже при производстве расследования комбриг-1 не мог дать точные сведения о горных проходах).

6. Имея сведения, что противник находится в районе Капланлы комбриг-1, тем не менее, сосредоточил кавалерию не на ближайшей станции Узун-су, а на более дальней станции Искандер.

7. Для выяснения направления движения Толстова и для охраны железной дороги не были использованы все средства, находившиеся в распоряжении комбрига-1. Имелась полная возможность установить ближнюю пехотную разведку мелкими партиями из состава рот, расположенных в Кизил-Арвате, придав им по 1-2 всадников артиллеристов для донесений и назначив гарнизонный наряд из состава артдивизиона или комендантской команды.

 

3. Действия комполка-1 товарища Баннова

 

Командиру 1-го кавполка товарищу Баннову начдивом-1 в 15ч.20 мин. 21 мая был отдан приказ к 18 часам того же числа прибыть на станцию Полторацк для погрузки и отправки на станцию Казанджик, взяв с собой фураж и продовольствие на две недели. Отряд запоздал с прибытием на станцию Полторацк на два часа и прибыл на станцию Кизил-Арват около 10 часов 22 мая, будучи снабжен в Полторацке продовольствием и фуражом на пять суток.

На станции Кизил-Арват вследствие получения фуража и продовольствия отряд задержался до 10 часов, оставаясь около 10 часов в полном бездействии (время прибытия и отъезда по показаниям комбрига-1 и начштабрига-1). Отряд прибывает около 23 часов 22 мая на станцию Казанджик. Дальнейшая разведывательная деятельность этого отряда изложена в п.2 (деятельность комбрига-1). В ночь на 23 мая высылались две разведки на северо-запад от станции Казанджик, а 23 мая вечером, узнав от прибывших туркмен, что отряд Толстова прошел Капланлы, он, 24 мая утром, по приказу комбрига-1, переходит на станцию Искандер, откуда 1-м эскадроном ведет разведку по маршруту: Гяур-Капланлы-Узун-су и другим занимает горные проходы. По полученным сведениям, что Толстов уже перешел полотно железной дороги в ночь с 22 на 23 мая, товарищ Баннов 25 мая собирает 2-й эскадрон для выполнения приказания комбрига-1 о преследовании.

По показанию комбрига-1, подтвержденного Банновым, в 23 часа 24 мая ему было приказано выступить для преследования в 3 часа 25 мая, но под предлогом ожидания транспорта Баннов оттянул выступление до 9 часов того же дня, потеряв снова около 6 часов. В 9 часов 25 мая взяв с собой туркмена-проводника, Баннов выступил в ущелье к югу от станции Узун-су, в каковом ущелье, по его словам, им были обнаружены следы движения отряда. По этим следам отряд Баннова следовал около 9 верст до того места, где ущелье разветвляется к юго-востоку и юго-западу. Несмотря на то, что след вел в юго-восточном направлении Баннов прекратил движение по следу и повернул на юго-запад, мотивируя свое движение тем, что в этом направлении надеялся найти фураж и продовольствие. Двигаясь в направлении на юго-запад и оставивши след Толстова, 25 мая в 18 часов Баннов прибыл в аул Карагоз, что в расстоянии около 50 верст к юго-западу от станции Узун-су.

В этом ауле из расспроса жителей выяснилось, что отряд Толстова здесь не проходил, а Баннов, ожидая обещанного комбригом-1 транспорта, задержался здесь до 20 часов 26 мая, потеряв здесь, таким образом, более суток.

Ночью 25 мая из аула Карагоз Баннов выслал в следующий аул Гуляр, находящийся в 50 верстах на юго-запад от Карагоз, разъезд в 16 человек под командой красного офицера товарища Белотелова. Разъезд прибыл в Гуляр в 6 часов 26 мая и поросом местных жителей установил, что Толстов был в Гуляре и выступил из него 25 мая в 16 часов, т.е. за 14 часов до приезда туда разъезда Белотелова. Послав об этом донесение командиру полка, товарищ Белотелов также бросил найденный след и самовольно отправился другой дорогой на станцию Искандер.

Дождавшись транспорта, 26 мая в 20 часов отряд Баннова двинулся из Карагоз в Гуляр, куда и прибыл около 6 часов 27 мая. Опросом местных жителей донесение Белотелова было подтверждено и около 16 часов 27 мая, отряд выступил по следу Толстова на Аджи-Ку, куда и прибыл в 1 час 28 мая.

На этом переходе отряд потерял около 2 ½ часов, вследствие того, что проводник потерял дорогу. Показаниями Баннова, основанными на опросе местных жителей, выяснено, что Толстов оставил аул Аджи-Ку 27 мая в 12 часов. Таким образом, к этому времени конный отряд Баннова находился на расстоянии 13 часов от противника, следовавшего пешком и, во всяком случае, не быстрее скорости верблюжьего хода.

28 мая отряд Баннова выступил в направлении на Дузл-Олум и к 15 часам 29 мая остановился в долине реки Сумбар, в 12-13 верстах к северо-востоку от Дузл-Олум, откуда и выслал разведку на укрепление Чат. Разведка выяснила, что Толстов перешел границу у аула Черляу и направился на укрепление Чат, в районе которого он был окружен отрядом йомудов с которыми и вел бой. Перейти границу товарищ Баннов не решился и прекратил преследование.

Выводы:

1. Обращает на себя внимание большое количество времени, затраченное Банновым на остановку под предлогом снабжения, между тем как получив продовольствие, фураж и значительный аванс в 200 тысяч рублей (керенками), он мог бы без задержки проехать в Казанджик, лишь своевременно потребовав продовольствие и фураж, которым был уже снабжен по 27 мая.

2. Простояв целый день 23 мая в Кизил-Арвате Баннов не принял никаких мер к организации разведки к северу железной дороги в тот же день.

3. Получив сведения о нахождении Толстова у Капланлы и о переходе им линии железной дороги из вторых рук, не принял никаких мер к розыску и задержанию очевидцев, благодаря чему, разведка велась наугад и время перехода железной дороги отрядом Толстова остается до настоящего времени точно не установленным.

4. После того как был обнаружен след Толстова и после того, как отряд следовал по нему на расстоянии 9 верст, товарищ Баннов уклонился от следа, сочтя снабжение отряда более важным, чем установление связи с противником.

5. Предпочитая ночные переходы из аула в аул, благодаря чему, разведка, несомненно, затруднялась, на переходе Гуляр-Аджи-Ку был потерян след.

6. Получив приказание комбрига-1 об установлении точного направления движения отряда Толстова и имея агентурные сведения, что таковой находится в районе Капланлы, выступил на разведку Искандер-Гаяр-Шиган-Узун-су целым эскадроном, ведя его не по прямому направлению к месту расположения противника, а окружным путем. Изложенное имело результатом излишнее утомление людей и лошадей и выяснению места нахождения противника не способствовало.   

7. Начальник разъезда товарищ Белотелов, будучи в расстоянии 14 часов от отряда Толстова не приложил максимум энергии к установлении с ним связи, а вернулся в Искандер, оставив отряд самовольно.

 

4. Общее заключение

 

Штабом армии и дивизии комбриг-1 был своевременно информирован о движении отряда Толстова. В районе расположения бригады. Задача по задержанию отряда была ему поставлена также своевременно, хотя задача эта особой подготовки и не требовала, так как вполне естественно, что командир бригады и по собственной инициативе должен был принять все меры к ликвидации группы противника, в районе его расквартирования.

Всеми сведениями численность группы Толстова определялась не более 200-250 человек при 7 пулеметах, причем отряд был обременен сравнительно большим вьючным обозом, требовавшим конвоиров и, несомненно, отвлекавшим значительное количество бойцов.

Следовательно, в распоряжении комбрига-1 имелось вполне достаточное количество сил для ликвидации партии противника еще до перехода им линии железной дороги. Задача эта выполнена не была благодаря тому, что распоряжения комбрига-1 не всегда соответствовали обстановке и имеющимся сведениям о противнике, промедлению в использовании конницы для разведки, не исследованию возможных путей движения противника.

После того, как был обнаружен переход Толстовым линии железной дороги, задача сводилась к преследованию, каковое успеха также не имело, благодаря медлительности действий, большой потери времени на остановках и отклонениям от движения по следу противника со стороны ближайшего исполнителя – командира 1-го кавполка товарища Баннова, который, как видно из его рапорта и показаний, главной своей задачей поставил снабжение отряда, а не установление связи с противником, между тем, как проявив больше энергии и сократив остановки до минимума, он имел возможность его настигнуть, может быть с некоторой потерей отсталыми в людском и конском составе, что в условиях боевой обстановки особого значения не имело бы. Отклонение от прямого преследования и медлительность, недопустимая для кавалерийского начальника наводит на мысль, что товарищ Баннов избегал открытого столкновения с противником.

Из всего изложенного комиссия выводит заключение, что главными виновниками преступного недосмотра, имевшего своим последствием прорыв отряда генерала Толстова, являются командир 1-й бригады 1-й Туркестанской дивизии товарищ Романов и командир 1-го кавполка товарищ Баннов. Имело также существенное значение слабая дисциплина и плохая боевая подготовка 1-го кавполка.

Способствовало прорыву и то, что работа штабрига-1 тоже оказалась не на должной высоте. Начальник штаба не был осведомлен на каком основании был отдан параграф 1 оперативного приказа №90 и ссылался на приказание командира бригады, не считая себя ответственным за скрепленный им приказ. Донесение Кизил-Арватского пункта особого отдела, послужившее основанием для этого приказа было представлено комиссии только после очень продолжительных розысков. Огромное большинство телеграмм и донесений не имеет никакой пометки, так что время их получения и время отдачи распоряжений по ним установить затруднительно.

Комиссар бригады товарищ Антонов комиссией не мог быть опрошен, так как в это время был в сильно нетрезвом состоянии.

Председатель комиссии: Денисьев

Члены комиссии: стоят три подписи (разобрать затруднительно).    

 

Проект приказа

 

Из доклада комиссии по обследованию обстоятельств прорыва отряда генерала Толстова усматриваю:

1. Комбриг-1 товарищ Романов при вышеуказанной операции проявил полное неумение отдавать оперативные распоряжения соответствующие обстановке и сведениям о противнике, использовал поступившую в его распоряжение конницу с большим промедлением, не употребил всех имевшихся в его распоряжении средств для исполнения возложенной на него задачи, а также не принял мер к обследованию возможных путей движения противника.

2. Работа штабрига-1 носила беспорядочный характер, так, например, штабриг оказался не осведомлен об некоторых важных документах, послуживших для отдачи оперативного приказа.

3. Командир 1-го кавполка товарищ Баннов по пути в Казанджик задержался 22 мая в Кизил-Арвате на продолжительное время, не использовал этот день для разведки, уклонился от прямого преследования по следу противника, во время преследования перешедшего полотно железной дороги отряда генерала Толстова непрестанно проявлял преступную медлительность, тогда как проявив более энергии и сократив остановки, имел полную возможность догнать и вступить в бой с отрядом генерала Толстова.

4. Начальник разъезда товарищ Белотелов, будучи в расстоянии 14 часов пути от противника, не приложил максимум энергии к установлению с ним связи, а вернулся на станцию Искандер, оставив отряд самовольно.

5. Помощник военкома 1-й бригады товарищ Антонов, в день производства расследования, был в сильно нетрезвом состоянии, за что был арестован Особым отделом.

6. Весь состав разъезда в 10 человек под командой красноармейца Волкова, выехавший 25 мая по направлению на озеро Тапиатан, вместо разведки грабил аул и частью пытался бежать в Персию. 

На основании вышеизложенного приказываю:

1. комбрига-1 товарища Романова и начштабрига-1 товарища Ефимова отстранить от занимаемых должностей.

2. командира 1-го кавполка товарища Баннова, начальника разъезда товарища Белотелова, военкома 1-й бригады товарища Антонова и весь состав разъезда товарища Волкова предать суду Реввоентрибунала, предварительно арестовав красноармейцев разъезда товарища Волкова.

Командарм-1: (подпись отсутствует)

Члены Реввоенсовета: (подписи отсутствуют)

 

Редакция выражает благодарность Дубровину Д.(Москва) за представленный материал.

 

 

---вернуться к оглавлению---